Капкан для зверя

Асфентус приветствовал каждого гостя дикими криками чужой боли и вечным запахом страха, которым пропитался каждый клочок земли и сухие безжизненные деревья, что подобно безмолвным стражам наблюдали за происходящим в этом странном месте. Асфентус. Город диких Носферату и сбежавших от наказания мятежников, дешевых шлюх и отъявленных наркоманов. Он способен внушить ужас каждому, кто осмелится ступить на эту территорию. Каждому, но не мне. Омерзение — возможно. Но никак не испуг, жалость или удивление. Никакой жалости к обитавшим здесь отбросам общества.

Жалость унижает сильных и убивает слабых. Самое бесполезное из всех человеческих чувств.

За локоть схватилась очередная проститутка, визгливо предлагая незабываемо провести время за дозу красного порошка. Посмотрел на серое лицо, осоловевшие рыбьи глаза, и меня передернуло. Сильно сжал костлявую руку и отбросил шлюху прямо в дерево, растущее рядом.

Шагавший рядом Серафим спросил:

— Я так понимаю, ты решил навестить Рино?

Мы уже сутки находились в Асфентусе.

И только полчаса назад удалось узнать, что в дом главы города вчера вошла молодая красивая девушка с темными волосами и яркими сиреневыми глазами. Полукровка ее привез лично. И один из парней Рино утверждал, что это была именно дочь опального короля Влада Воронова. Измученная, ослабленная, но целая и невредимая.

Именно потому, что его новость оказалась хорошей, парень и остался жив, в отличие от тех шестерых, которые либо наводили на ложный след, либо ничего не знали.

Этому я поверил сразу. Тем не менее, не помешало бы удостовериться об этом от самого Рино. Так как сомневаюсь, что Влад захотел бы говорить со мной о дочери. Даже после того, как получит свадебный подарок, что я ему нес. Да, черт подери, Воронов решил жениться по всем законам бессмертных. А это означало, что я очень вовремя подготовил тот самый ящик с бомбой, который взорвет к чертям собачьим Эйбеля и его приспешников. Осталось только выяснить, женился Влад для отвода глаз Нейтралам и во избежание обвинения, или все-таки нашлась та, что затуманила хладнокровный разум моего брата.

Повернул голову в сторону ищейки:

— Ты всегда все правильно понимаешь, Зорич.

Нас встретили возле входа на территорию полукровки заявлением, что сегодня мы его увидеть не сможем. Но услышав мое имя, все же провели в дом."

"В большой зале столпилась куча разношерстного народа, среди которых было много Черных львов. И все они притихли при моем появлении.