Но с ней было иначе. Впрочем, я решил, что дело в моих чувствах к её матери. Но чем больше времени проводил и наблюдал за ней, тем больше убеждался — дело не в Медее, а в самой девочке. Я хотел, чтобы она была моей. Стал надеяться, что Медея не решилась бы никогда родить кому-то, кроме меня. И в какой-то момент настолько погрузился в свои мысли, что перестал чувствовать реальность. И уже не понимал, мои подозрения основываются на фактах и чутье или же на слепом желании.
Вечером того же дня, в комнату вошла Эльвира.
— Наверное, нам стоит поговорить, — начала она.
— Я слушаю, — не сводил глаз с документов, хоть и ни черта не мог на них сосредоточиться.
— Говорила сейчас с Лайлой. Она хочет возобновить лечение.
Я поднял на неё глаза. Хотел убедиться, что этими словами она не пытается привлечь моё внимание. Лайла вот уже на протяжении десяти лет отказывается принимать любую психологическую помощь для того, чтобы заговорить снова.
— Говорит, что когда ночью оставалась с Арианой, — остановилась, подозрительно посмотрела на меня, — Кстати, интересно, где была её мама в это время?
— Не отвлекайся.
— Как скажешь, дорогой внук, — она ехидно улыбнулась и, наконец, продолжила, — Когда девочка ночью проснулась и плакала, не понимая, где мама, Лайла пыталась заговорить, объяснить ей всё и успокоить, но кроме странных звуков ей ничего не удалось выговорить. Она была расстроена. Говорит, что больше не хочет нуждаться в Розе, когда нужно говорить с чужими людьми, тем более, с ребёнком, — Эльвира снова остановилась и внимательно следила за моей реакцией.
— Девицу? — посмотрел на неё недовольно. — Я, кажется, уже говорил тебе, как стоит говорить о ней. Но ты упорно игнорируешь все мои просьбы.
— Это всё, что тебя беспокоит? Я говорю, что твоя сестра хочет лечиться.
— Я услышал тебя и обязательно, как только ты освободишь комнату, свяжусь с доктором.
Я был счастлив слышать эту новость, и первым же делом, как только она уйдёт, планировал пойти и поговорить с сестрой.
— И долго ты планировал скрывать от нас, что у тебя есть ребёнок? — спросила уже у двери.
— Эльвира, если это мой ребёнок, то я узнаю это вместе с вами.
— Так она говорит, что ты не отец этой девчушки, которая точная копия тебя?
— Да, — ответил устало.
То, что она снова подняла этот разговор, действовало на нервы.