Но и этому не суждено сбыться.
— А вы? — вдруг обращается ко мне девушка, желая познакомиться.
— Медея, — произношу, собрав всю волю в кулак.
Мое имя доходит до слуха того самого, и он оборачивается. Спустя полтора года наши глаза вновь соприкасаются друг с другом. Да только теперь его присутствие не действует счастьем на меня. Мужчина застывает, а во взгляде его дублируются мои чувства. Мы оба в ужасе.
— Зара, очень приятно, — протягивает мне руку молодая женщина.
С трудом перевожу на неё своё внимание и отвечаю лицемерной взаимностью.
Не хочу касаться её руки. Стыдно. Тошно от самой себя. Меня будто кто-то сзади поймал за шкирку и вернул назад, окинув в грязь.
— Вы девушка Демида? — интересуется, заметив наше близкое расстояние друг от друга.
— Нет, мы друзья, — отвечает за меня парень, оказав мне услугу.
Пару приглашают сесть за наш стол, но они отказываются и проходят дальше. Они садятся напротив, и мужчина начинает украдкой прожигать меня взглядом. Будто пытается добить, растоптать и уничтожить те никчемные остатки прежней Медеи, которые он оставил за собой.
"Вечер продолжается, беседы между братством восстанавливаются. Все встает на круги своя, только не я. Мысли против воли возвращают меня в прошлое. В те дни, когда он, бросив все, забрал меня на Мальдивские острова, чтобы немного побыть вдвоём и отдохнуть от всего мира.
Я никогда не была так счастлива, как тогда. С лица не сходила улыбка. Настоящая, живая, не такая, которая сейчас рисуется разумом на моем лице. Я кричала о своей любви каждую проведённую с ним минуту и молилась, чтоб наше счастье длилось долго.
В тот день мы сидели на закате у океана и, надевая кольцо на мой безымянный палец, он шептал:
— Никогда не снимай его, в нем заключена моя любовь к тебе.
— Я хочу, чтоб она была заключена здесь, — коснулась его левой груди и поцеловала в губы.
— Её так много во мне, что иногда просто необходимо оторвать часть от неё и вложить в вечное, — обнял, прижимая крепче к груди.
— Ничто не вечно. Обойдёмся отведённым для нас временем, — улыбнувшись, обвила его шею руками, даже не подозревая, что нам осталось намного меньше, чем я рассчитывала.
Мой рассудок был потерян рядом с ним, я не была способна мыслить здраво. Верила каждому его слову и никогда не подавала их сомнению.
Глупая, наивная дура.
Начинаю задыхаться от воспоминаний. Ненавижу их. Самое яркое напоминание моей ничтожности.