— Я ищу Лоуренса Гента. Мне нужно кое-что забрать.
Она одаривает меня профессиональной улыбкой. — Присаживайтесь, я сообщу ему, что вы здесь.
— Спасибо.
Пока я сижу и жду, я осматриваю помещение. На стенах развешаны предметы декора и фотографии, но все цвета кажутся такими скучными. Но, опять же, среди юристов нет ничего красочного или веселого, так что, думаю, это вполне уместно.
— Хейс.
Когда меня окликнули по имени, я поднял голову и увидел идущего ко мне Лоренса. Прошло много лет с тех пор, как я его видел, но я помню, что он часто бывал рядом, когда я был моложе.
— Парень, — говорит он мне, когда я встаю. — Не думаю, что я ожидал, что ты будешь выглядеть таким взрослым.
— Ну да. Такова жизнь.
Может быть, это и кратко, но меньше всего мне хочется вести светскую беседу с парнем, который все еще оставался рядом с моим отцом после того, как тот бросил свою семью.
Он ведет меня в комнату с конференц-столом, окруженным стульями. Там разложены бумаги с указаниями, где что подписывать, и он жестом приглашает меня сесть.
— Твои мама и сестра присоединятся к нам? — спрашивает он.
— В другой день. Мама хочет прийти с ней, чтобы все прочитать, но ей сегодня надо было работать. — Я предложил подождать, пока мы сможем прийти все вместе, но они сказали, чтобы я шел, зная, что я хочу побыстрее покончить с этим.
Он кивает. — Понятно. Все будет здесь, когда они будут готовы.
Один за другим он начинает протягивать мне бумаги на подпись.
Бумагу, в которой говорится, что у моего отца не было завещания и что деньги, которыми он располагал на момент смерти, были определены судом Северной Каролины по завещанию.
Документ, в котором говорится, что я признаю и согласен с решением суда разделить деньги поровну между его детьми.
Документ о том, что я получил свою часть денег в соответствии с требованиями закона, предъявляемыми к душеприказчику наследства.
И, наконец, заявление о том, что я не планирую и не намерен пытаться отсудить у фонда больше денег, хотя их и не будет после того, как мы с Девин обналичим наши чеки.