Подыскивал себе съемную квартиру, дома не ел, демонстративно ходил в кафе.
– Лучшее, что ты готовила за все эти годы, – это окорочка из «Любимого», – сказал он ей в увертюре своего монолога.
«Любимый» – дурацкое название магазина, где Ася покупала готовую курицу на гриле. Она стояла перед зеркалом: потяжелевшая, с просевшей спиной – от того судьбоносного ушиба в крестце начались какие-то необратимые процессы, врачи разводили руками и не сулили ничего хорошего; с прорезями мелких морщинок на подбородке и губах.
Тут будет реклама 1
Она перестала быть «той классной белобрысой девчонкой», на которую оборачивались вслед мужчины, «той умненькой ведущей», которую узнавали на улице, «Аськой, женой Нехорошева», о которой любили посплетничать в Останкино. В одночасье от нее не осталось ничего. «Ну мамаша Ники – чокнутой такой» – это сейчас была она. Справедливо осмеяна и растоптана: погасшие зрачки, заплывающая талия, начинающие обвисать бульдожьи брыльки внизу щек. От изумительного овала лица и балеринной шеи остался лишь шарж.
Тут будет реклама 2
Такую нельзя любить, нельзя вдохновляться, нельзя восхищаться, нельзя желать. Все верно, она получила по заслугам. Тринадцатилетняя Ника по любому поводу пинала ее, как старого беспомощного льва.
– Понятно, почему от тебя папа ушел! – била она финкой под дых, когда не хотела мыть посуду или убирать за собой комнату.
Ася соединяла две крайние точки: она настолько всем надоела, что никто не хочет мыть чертову посуду в ее ужасном доме и стирать пыль с ее проклятых шкафов.
Тут будет реклама 3
Поэтому Нехорошев ушел. Поэтому он ее не выдержал. Ее, сорокатрехлетнюю тетку. За пару лет до их совместного финала она захотела выйти на работу.
– Куда? Зачем? – спрашивал Нехорошев. – С твоей спиной? С твоими вечными болями? Ты не справишься, не выдержишь."
"Она звонила по старой памяти холеному директору канала Вячеславу Палычу, пыталась задорным голосом по телефону показать свою молодость и готовность встать в строй. Директор ушел от ответа, попросил позвонить через год-другой, когда они запустят проект «специально под нее».
Тут будет реклама 4
Она встречалась с бывшими друзьями, гулявшими на ее свадьбе, но большинство из них сами перебивались с хлеба на воду. «Телевизионная журналистика умерла, Ась, не ищи себя в этом омуте, – сказал ей Лось, уехавший из Москвы на малую родину и возглавивший в местной администрации комитет по культуре. – А че тебя Нехорошев не устроит?» Этот вопрос задавали все.
