В крови погибшего обнаружили изрядное содержание алкоголя, а на теле – множество повреждений, плохо вписывавшихся в общую картину трагического происшествия. Эксперты лишь пожимали плечами – походило на то, что старший лейтенант, перед тем как сесть за руль, с кем-то изрядно выпил и жестоко подрался. Эксперты, конечно, не могли знать, что лейтенанта в тот день похитили возле его собственного гаража, когда он собирался ехать на службу; что его пытали несколько часов подряд в котельной на окраине города; что водку в его разбитые губы влили уже после того, как Круглов ответил наконец на один-единственный вопрос, который упорно задавали ему истязатели.
В результате этого «несчастного случая» Кирилленко узнал о существовании второй копии имевшейся у него видеокассеты – копии, сделанной покойным Кругловым по просьбе Безукладникова.
На квартире майора был незамедлительно проведен обыск, который не дал примечательных результатов – разве что в распоряжении Кирилленко оказался личный дневник командира СОБРа, в котором начальник РУОПа нашел для себя немало интересного, внимательно изучая его содержание на досуге, после посещения финской бани. Но все это было полной ерундой в сравнении с самим фактом существования копии видеозаписи, который отравлял жизнь полковника хуже мышьяка, подсыпанного в кофе.