– Как-то запутанно ты выражаешься, – заметил Руппи, картинным жестом поправляя волосы. Затем добавил с улыбкой, от которой растаяло бы не одно женское сердце: – Я приехал к тебе, потому что помню, как хорошо было нам с тобой."
"Сердце Коры тем не менее осталось равнодушным, зато в душе ее заклокотал гнев.
– Твои воспоминания странным образом отличаются от моих. И вообще, не будем притворяться друг перед другом, ладно?
В глазах Руппи промелькнуло удивление.
– А кто притворяется? Говорю же, я до сих пор схожу по тебе с ума.
– Все это слова, – проворчала Кора. – Признавайся, зачем явился?
– Сейчас или вообще?
– Ох, прекрати! Прекрасно понимаешь, что я имею в виду.
– Допустим, понимаю, но готова ли ты узнать правду, киска?
Она сверкнула взором.
– Какую угодно!
Руппи зачем-то посмотрел направо, потом налево и лишь затем со вздохом сожаления обронил:
– Так и быть, скажу, но…
– Что? – хмуро спросила Кора, заранее догадываясь, что сейчас услышит.
Она не ошиблась, потому что Руппи вкрадчиво произнес:
– Ладно, скажу, но… может, оценишь эту информацию в какую-нибудь сумму?
– Эх… – качнула Кора головой.
– Значит, дашь денег?
– Ни пенни! – отрезала она. – С меня довольно. Ты и без того неплохо пожил за мой счет.
На физиономии Руппи возникло кислое выражение.
– Прежде ты не была такой жадной. Давно это с тобой?
– Последние года три. Так что или выкладывай свою информацию, как ты ее называешь, или…
– Так и быть, скажу по старой памяти… тем более что ты и без того вскоре все узнала бы…
Кора сделала было движение в направлении своего кабинета, но остановилась.
– Ну так говори.
Пристально взглянув на нее, Руппи предупредил:
– Только чтобы без истерик и прочих подобных сцен, идет?
Сердце Коры тоскливо сжалось. Она вдруг почувствовала себя как человек, очутившийся во вражеском кольце, которое вдобавок постоянно сжимается.
– Не беспокойся, сцен не будет.
– Гм, тогда слушай…
И Руппи поведал ей историю, предшествовавшую его появлению в Шеффилде.
Они с Ритой были давними знакомыми, но некоторое время не виделись, пока не встретились случайно на одном средней руки благотворительном приеме, куда оба явились в поисках жертвы для очередной авантюры. Почти с первых же слов разговора принялись жаловаться друг другу на то, что дела идут из рук вон плохо. В какой-то момент ведущий мероприятия, оглашая список меценатов, произнес имена супругов Брендона и Коры Миллз.