Ничего себе особнячок, симпатичный такой, с колоннами из разноцветного мрамора. Перед домом был разбит большой ухоженный сад – даже и не сад, а самый настоящий английский классический парк. Рядом с входом в дом располагался маленький уютный пруд с розовыми и фиолетовыми кувшинками, рядом с прудом неподвижной статуей застыл дворецкий с роскошными бакенбардами, разодетый – что та новогодняя ёлка.
Да и вся компания, по приказу Ника, знатно приоделась – в честь этого важного визита. Капитан Зорго поверх своего сюртука набросил кожаную перевязь с длинной саблей, размещённой в деревянных ножнах, украшенных многочисленными серебряными заклёпками.
– Вас уже ждут, уважаемые господа и прекрасная сеньора! Проходите, пожалуйста, на второй этаж! – громко и пафосно известил дворецкий.
По старинной лестнице, искусно сработанной из горного бука, поднялись в зал для приёма гостей. Сеньор Аугусто возлежал на огромной кровати, размещённой в небольшом эркере у открытого окна. Из окна открывался изумительный вид на Карибское море, синеющее вдали сквозь листву деревья.
– Ну, вот, господа мои, видите – со мной всё в порядке. И волновались вы абсолютно напрасно…, – старый сеньор поворочался, поудобнее устраиваясь среди многочисленных белоснежных подушек.
По правде говоря, дон Аугусто выглядел не очень: бледное изможденное лицо, усталые глаза в тонких красных прожилках. Что хотите, такой сильный сердечный приступ в семьдесят пять лет – это не шутка…"
"Рядом с кроватью, за большим, изысканно сервированным столом размещался Джедди, тоже разодетый в пух и прах, правда, как и всегда босиком.
На широкой каминной полке возлежала камышовая кошка Маркиза – демонстративно смотрела в окно и громко постукивала шикарным хвостом по кованой чёрной решётке старинного камина.