Ага, в склоне обнаружилась свежая круглая дыра – диаметром, примерно, в три четверти метра, и куча свежей земли, приличная такая куча.
Вот же, незадача, Кью, гнида обученная, сразу всё просёк!
Капрал незамедлительно подошёл к норе, запихал в неё свой винчестер и открыл беглый огонь.
– Отставить! – громко закричал профессор. – Вы, Кью, как были дуболомом законченным, так им и помрёте. Это же нора какого-то животного. Один старый чудак рассказывал мне в своё время, что на этом Нагорье водятся всякие экзотические зверушки.
– Извините, мистер Браун! – смутился капрал. – Не подумал. Это инстинкт воинский виноват во всём: видишь дырку – стреляй туда, или, ещё лучше, швырни гранату. Ещё в училище так объясняли. Въелось в кровь, извините…. А нора эта, она куда-то вбок отходит. Так что, может быть, и живы эти зверушки. Расставим сейчас капканы, не вопрос.
Профессор меланхолично сложил свой походный стул и известил:
– Господин Буэнвентура, господин Вагнер.
Колонна пленников вяло тронулась в путь. Припекало солнце, саднили крепко связанные запястья, ныли затёкшие плечи.
Было тягостно и непривычно – ощущать себя бесправным рабом.
Но Ника этот моральный аспект совсем не беспокоил, другие мысли выходили на первый план.
Ну, не поверил Большой Джим в историю про двух богатых идиотов, мечтающих заполучить заветную Чашу Святого Грааля!
Не поверил, а сейчас разыгрывает какую-то свою Игру, по своим же жёстким правилам…
Глава пятнадцатая
Древнее подземелье
Не угадал профессор, почти трое суток занял путь до входа в пещеру. Среди чиго были старики, да и маленьких детей пришлось нести на руках.
Несколько раз капрал Кью отводил профессора в сторону и начинал ему что-то горячо объяснять. Браун недоверчиво хмурился, но каждый раз только отрицательно мотал головой."
"– Понятное дело, ясный пень, – негромко ворчал Банкин. – Это капрал уговаривает профессора пристрелить всех слабых и больных, чтобы балластом не висели на ногах. А Браун не соглашается, мол, не стоит будущих землекопов излишне злить и настраивать против себя.