Всё было напрасно: короткими оказались данные коридоры – через километр-другой каждый из них заканчивался тупиком.
Хорошо ещё, что пока было тусклое, но освещение, совместными усилиями успели набить десятка три упитанных летучих мышей. После этого тревожные мысли о предстоящей голодной смерти стали посещать пилигримов гораздо реже.
А ещё в одном из тупиков Айна неожиданно обнаружила огромный сундук.
Все несказанно обрадовались этому событию. Но не тому факту, что сундук был набит под завязку старинными золотыми монетами с профилями неизвестных бородатых дядек, а тому, что он оказался деревянным: теперь можно было летучих мышей жарить на костре, топливо-то для «примуса» уже закончилось.
– Куда монеты денем? – взволнованно спросил Джедди. – Это же целое состояние, хватит, чтобы купить трёхмачтовую шхуну. Может, закопаем поглубже в землю? Спрячем, что называется, до лучших времён? Глядишь, вернёмся ещё когда-нибудь, откопаем, разбогатеем…
– Да, ну его, ещё время тратить, – беззаботно махнул рукой Ник.
Айна, после непродолжительного раздумья, внесла такое предложение:
– Все знают, что камышовые кошки создания мало того, что умные, так ещё и очень чуткие – на всякие запахи.
– Попробуем, конечно, объяснить, – легкомысленно пообещал Джедди, ловко снимая с костра тушку летучей мыши, насаженную на вертел, изготовленный из скелета слепой подземной рыбы. – Меня сейчас вот что гораздо больше волнует: я так к этой мышатине, пусть и летучей, привык, что даже и не знаю теперь – как там, на воле, обходиться буду без неё?
Не дождавшись ответа на поставленный вопрос, мальчишка вонзил в жареную добычу свои острые жёлтые зубы и активно заработал челюстями, изредка похрюкивая от удовольствия…
После завершения завтрака (или ужина?), Джедди посадил камышовую кошку на валун, выпавший из стены пещеры.