Первый – воспользоваться выходом ацтеков. Однако этот вариант сродни самоубийству. Подземный народ воспринимает Огнин как древний волшебный амулет, поэтому существует высокая вероятность того, что ацтеки могут напасть на нас, чтобы завладеть легендарным раритетом. А могут и не напасть, а, наоборот, пропустить наверх со всевозможными почестями. Но степень риска достаточно велика. Тем более что в последнее время мы убили порядка десяти доблестных представителей этого народа…. Нет, идти на контакт с ацтеками нельзя. Да и этого Гамри оставлять в живых – далеко не лучший вариант.
– Продолжай, – довольно кивнул Ник. – У тебя сегодня хорошо получается.
– Спасибо на добром слове, – скромно улыбнулся Лёха. – Имеется и второй вариант. Пройти через этого Дракона. Если это, конечно, Дракон, а не фигня какая-то очередная…. А, командир? Я думаю, через Дракона надо идти. Ведь любопытно же, что это за зверь такой? Почему у него пламя идёт из пасти?
Гамри Ник, всё же, решил отпустить: вдруг, в конечном итоге, придётся через ацтеков выходить на поверхность? Хоть один знакомый будет, уже неплохо – для начала продуктивных переговоров.
Взвалил Гамри себе на плечи труп товарища, Джедди ещё раз поклонился низко, развернулся да и отбыл, не торопясь, по направлению к родным пенатам…
Не обманул гном (он же – подземный ацтек), по имени Гамри, всего четыре часа они шли по очередному штреку, когда неожиданно посветлело вокруг, пропали на стенах светло-синие прожилки неизвестной горной породы, вместо них появились жёлто-зелёные.
– Ух, ты, как глазам-то полегчало! – счастливо выдохнул Сизый и торопливо сорвал с глаз повязку. – Как хорошо-то, всё вижу! Почти как днём, на поверхности!"
"«Что же, одно к одному», – устало подумал Ник. – «Может, и выберемся…».
Путники повернули за очередной поворот, впереди стало совсем светло, запахло только как-то странно – нехорошим дымом.
Двинулись дальше уже совсем осторожно, практически бесшумно.
Лёха, чтобы не шуметь своими костылями, присел на камушек и решил немного подождать.
Выглянул Ник из штрека, бинокль поднёс к глазам.
Знатная наблюдалась картина – кисти неизвестного художника, но фантазией наделённого сверх всякой меры.
Вот он, Дракоша, сидит себе у дальней стены, красавец писаный: приличный такой по размерам – как десяток слонов, если их вместе сложить, голова с легковой автомобиль представительского класса. Сзади наблюдался хвост – что тот городской трамвай, состоявший из двух вагонов.