Интересно, кто из них Левый, а кто Правый? Всё это пронеслось у меня в голове за один удар сердца. Подчинившись призыву, размашистым ударом атаковал руки свино-чёрта, которые он ещё держал вытянутыми перед собой. Попал по запястью левой. Не перерубил, конечно, но до кости достал точно. Тут же на противоходе махнул левой, — кончик ножа прочертил царапину на уровне ключиц чёрта.
Инферал взвизгнул и снова отпрыгнул назад. На рефлексах сделал шаг за ним. И в этот момент из-за спины хряка выпрыгнул ещё один, как-то незамеченный мной.
Не, ну это классика! Тело само среагировало, выбросив вперёд правую ногу в останавливающем ударе, а потом ещё и Правым снизу ударил, попав куда-то в грудь. А вот добить не успел, первый свино-чёрт, явно впав в состояние берсерка, не обращая внимания на рану, замахал руками, как мельница крыльями, и бросился в атаку.
Встретил я его не более умело, чуть отпрыгнув вбок, пропуская тушу мимо себя, хлестанул ножами, нанося режущие раны.
А Клык была уже рядом со вторым, получившим удар ножом в грудь и сейчас свернувшемся в позе эмбриона на полу. Мгновение прислушивалась, а потом, повернув ко мне усатое личико, огорошила:
— Надо его добить, мой господин. И лучше это сделать вам. Опыт пригодится.
До меня не сразу дошло, что она имеет в виду совсем не тот опыт, что даётся за победу над жуком или мотыльком.
Добить⁈ Вот так, не в бою, вонзить нож, чтобы отобрать жизнь не у рыбы или птицы, а разумного? Я почувствовал, как по спине побежали морозные мурашки. И реакция эта была не моя, — тела мальчишки, чью голову я занял. Сам же понимал актуальность слов фурри. Она боец, древний воин, возможно, прошедший сотни, а то и тысячи схваток, готовый, если придётся, убивать, не задумываясь. А я? А я мирный, как оказалось, старик в теле мальчишки…
Секунду помедлил, раздумывая, куда лучше ударить, чтобы завершить дело за раз.
— А из вас выйдет боец, мой господин, — чуть зажмурившись, мурлыкнула та.