То, что одного из строителей звали Сергеичем, «мстители» узнали после часового наблюдения за территорией дачи, услышав их неспешные разговоры.
Сторож достал сигареты, одной рукой ловко выщелкнул одну, подал Михаилу.
— Откуда ты взялся? Я тебя раньше не видел. Бык еще одну бригаду взял?
— Нет, — выпустил струю дыма Ларин, — решил эту заменить.
Нападения сторож не ожидал, и хотя мышечный каркас имел солидный, все же точного удара в солнечное сплетение не выдержал: выронил ружье, охнул, сел на корточки, выпучив глаза и держась за живот.
— Как звать-то?
— Сидоров… Серж…
— Кричать будешь, Сидоров Серж?
— Не-е…
— Вот и отлично. Привяжи собаку, веди меня в апартаменты и не оглядывайся.
Михаил подобрал ружье, помахал рукой, подзывая остальных «мстителей», и повел ничего не соображавшего парня к великолепному коттеджу из красного кирпича, с вычурными фронтонами, колоннами и карнизами. Собака было рванулась к незнакомцу, но сторож остановил ее окриком и привязал за ошейник к будке.
Со строителями справились без шума, легко, просто загнали в почти законченную баню-сауну и заперли дверь. Лишь спустя минуту после этого обалдевшие мужики опомнились, начали ломиться в дверь, кричать, и Родиону пришлось пригрозить:
— А ну тихо! Сожгу вместе с баней к чертовой матери!
Стук и крики прекратились, наступила тишина, строители сообразили, что ими занялись серьезные люди."
"Сторожа допрашивал сам Воробьев, после чего запер парня вместе со строителями.