Катарсис. Том 1

Ираклий подвел курсор к фамилии Дубневич и нажал ввод. Компьютер послушно развернул досье на заместителя начальника штаба округа. Некоторое время президент Ордена чести и его зам рассматривали волевое тяжелое лицо полковника и читали его послужной список, потом Корнеев пробормотал:

— Выдающаяся личность… с замашками министра. Курирует все военные объекты на территории области, в том числе секретные.

— Вы проверили, что за база расположена в Унече, куда он летал сегодня днем?"

"— С виду — обычная воинская мотострелковая часть, но вот охраняется она по высшему разряду, с применением новейших технических средств.

Но самое интересное в другом: все военнослужащие носят необычные береты — зеленые, с двуглавым серебряным орлом и буквами РЛ.

— Российский легион?

— Очевидно. И зона в лесу за Ковалями тоже принадлежит Легиону, охраняют ее те же мальчики в камуфляже с такими же беретами. Ты давал запрос в контору по Дубневичу?

— Дважды, шеф как воды в рот набрал. Попробую еще раз.

Ираклий вывел на экран аббревиатуру ФУМБЭП, под ней появился список деятелей управления, посещавших Брянскую губернию.

Среди фамилий известных медицинских светил стояли две фамилии, не обремененные особенными заслугами и степенями: генерал-майор юстиции Мстислав Калинович Джехангир и Умар Гасанович Тимергалин. Но если на Тимергалина кое-какие данные имелись: экстрасенс, целитель, врач-психиатр одной из московских клиник, — то о Джехангире было известно лишь то, что он в прошлом — известный тренер по айкидо и карате. Чем он занимается в настоящее время, где получил юридическое образование и какое отношение имеет к ФУМБЭП, Ираклий не знал. Его запросы в информбюро военной контрразведки относительно личности Джехангира остались без ответа.

— Как там наш гость? — отвлекся от экрана магистр Ордена.

— Спит, — усмехнулся Корнеев. — По его просьбе мы съездили к его дяде Ивану и привезли ему флакон какого-то зелья, которое он назвал ерофеичем. Знаешь, я такого еще не видел: он сделал глоток и буквально возродился, ожил, засветился, ощутил прилив сил.

Сам встал, умылся, поел… и снова отрубился, но уже как совершенно здоровый человек.

— Что еще за «ерофеич»? Самогон, спиртовая настойка на травах, отвар?

— Не знаю, не пробовал.

— А зря, надо было попросить и испытать. Ладно, пусть спит, рано утром мы его вывезем отсюда.

У Корнеева запищала в ухе рация. Он выслушал сообщение, нахмурился, спросил:

— Где они сейчас? — Получил ответ, повернулся к Ираклию.