"
"Егор остановился в метре от джипа «Чероки», спокойно вышел из машины, без оружия, лишь за поясом под рубашкой торчал федотовский дентайр, и направился к подъезду. И ни один из мокшинских «особистов» не остановил его, не поинтересовался, куда направляется молодой мужик в серой рубахе и джинсах, изрядно измазанных травой.
На посту, охраняющем подъезд, дежурил уже другой милиционер, не тот, кого Крутов «уговорил» ночью пропустить его в дом. Оглянувшись назад и делая вид, что заканчивает разговор с теми, кто оставался на улице, Крутов сказал:
— И пусть проверит, нет ли кого в подвале, — подошел к окошку стеклянной будки поста, предъявил удостоверение.
— Полковник Егоров. Открывайте.
Происшествие с напарником никак не научило его сменщика. Он с готовностью нажал кнопку на пульте, открывающую дверь дистанционно, и Егор спокойно вошел, бросив на ходу:
— Никого без моего разрешения не впускать! Даже охранников Георгия Владиславовича.
— А что случилось, товарищ полковник? — пискнул вдогонку тщедушный парень в серо-голубой форме.
— Через полчаса сюда приедет губернатор.
Оставив озадаченного стража двери млеть от ожидания визита столь важной персоны, Крутов шумно, разговаривая сам с собой, поднялся по лестнице на пятый этаж, боковым зрением отметив встрепенувшихся телохранителей Мокшина. Оба торчали за стеклянной дверью в перегородке коридорчика, куда выходили двери трех квартир, в том числе и мэра, и держались нервно. Оба были Егору знакомы: широкомордого, с бычьей шеей и сонным взглядом, звали Станиславом, второй охранял квартиру шефа в его отсутствие, когда Крутов заявился к Мокшину в поисках Елизаветы.
Оглядевшись на лестничной площадке пятого этажа, Егор заметил батарею пустых пивных бутылок возле трубы мусоропровода, прикинул открывающиеся возможности и быстро скатил вниз по ступенькам две бутылки. Прием сработал. Услышав звонкое щелканье бутылок по лестнице, охранники Георгия Владиславовича не утерпели и открыли дверь, чтобы проверить — что гремит.