Катарсис. Том 1

Интересно, пистолет в кобуре, который майор так бережно положил на траву, обычный пистолет или пси-генератор?

— Далеко оружие-то не клади, — не меняя равнодушного тона, бросил Крутов. — Вдруг снова придется глушить меня психотронной колотушкой?

— Обойдусь и без нее, — раздул ноздри Сватов. — Давай, поторапливайся, у меня много дел.

Что и требовалось доказать, удовлетворенно подумал Крутов. Майор ходит с пси-генератором, и теперь надо лишь завладеть им. Зрителей немного, всего шесть человек, но все вооружены. Когда они поймут, что поединок завершается не в пользу командира, придется туго, если не поможет Погорелов.

Стратегия ясна, полковник? Вперед! Посмотрим, на что способна эта высокомерная дубина… Как там говорил в таких случаях поэт? Ну что ж, придется вами насладиться?.. И где же все-таки Елизавета? Неужели и вправду ее забрал Джехангир?..

Крутов скинул пиджак и сандалии, оставаясь в брюках и футболке. Без брюк двигаться было бы легче, но в их карманах лежали метательные шарики, которые могли пригодиться в дальнейшем, какое-никакое, а вместе с иглами и звездочкой — оружие, и пренебрегать им не стоило.

Бой начался, как только он нагнулся и снял сандалии, собираясь драться босиком. Разогнуться не успел — Сватов не стал ждать, когда противник наконец приготовится. И дрался майор не хуже, чем специалист по «зачистке» Рамазан Рахимов, с которым Крутова свела судьба в Брянске у Мокшина. Если бы не умение уходить в трансовое состояние  пустоты , усиленное приемом ерофеича, Крутов вряд ли продержался бы долго, ошеломленный натиском майора. Такого града приемов, выполненных на самом высоком уровне мастером рукопашного боя в течение нескольких первых секунд поединка, он от него не ждал."

"Сватов наносил удары из любого положения, неожиданно меняя их направление, безошибочно находя уязвимые места обороны противника. Его кисть, стопа, локоть, колено, палец — начинали свой путь именно туда, куда требовалось, в конкретную точку поражения, а не в формальный «верхний» или «нижний» пояс. Работал он в основном ребром ладони — по горлу, суставам, ребрам, что действительно напоминало технику русского суева, но изредка вдруг наносил тычковые удары-уколы, способные пробить грудную клетку, перебить кость, сломать позвоночник, и это была уже техника иного уровня, близкого к карате или тайдзюцу, хотя выполнялась не «по-японски» — с выплеском энергии в финальной стадии приема, а чисто «по-славянски» — с использованием спирально-закрученной динамики телесной организации.