Каждый служитель как бы нес в себе силу остальных, и трогать его — означало будить эту скрытую силу, способную отреагировать не только смирением или словесным порицанием, но и физически, в материальном плане. Тем более непонятной для бывшего майора контрразведки была реакция церкви на некую опасность, заставившую ее создать особую полумирскую-полумонашескую службу защиты церковных объектов и охраны высших священнослужителей.
Во время визита к игумену монастыря отцу Иоанну Корнеев все же не удержался и напрямую спросил его об этом:
— Простите меня, святой отец, если я слишком любопытен, но мне до сих пор непонятна ваша суета.
Убеленный сединами отец Иоанн, пожелавший познакомиться с человеком, которого прочили в начальники службы безопасности Алтайской православной общины, благожелательно взглянул на Корнеева, но ответ дал странный, обтекаемый, требующий размышлений:
— Сын мой, опасность весьма велика, однако назвать ее конкретные приметы я не могу.
— Как же я смогу работать, не зная, кто покушается на… э-э, церковь? — пожал плечами Корнеев. — От кого я должен буду ее защищать?
— Атака Сатаны началась не сегодня и не вчера, а давно, когда образовались первые компьютерные сети.
— Не покажется.
— Тогда начинайте, благословясь, и да поможет нам Бог!
Игумен осенил крестом Сергея, и Димитрий увел майора из кельи настоятеля. Затем началось знакомство Корнеева со службой, и тут ему пришлось убедиться в том, насколько основательно поставлена охрана у невоенных людей.
Отдел специального назначения Русской Православной церкви занимал в Бийске отдельный приход, то есть специально построенное двухэтажное здание, замаскированное под реставрируемую ветхую церквушку с черненым куполом, в которой даже самый придирчивый взгляд не заметил бы ничего необычного.