"
"— А то, что эти так называемые «лекарства» вытесняют наши, отечественные, во сто крат более эффективные, происходит постепенное накопление невылеченных болезней и, как результат, рост смертности, снижение рождаемости, деградация физическая и умственная.
— Черт возьми, Родион, где ты научился так красиво говорить? — пробормотал Панкрат, в глубине души вдруг осознавая, что все сказанное бывшим «мстителем» — правда. И даже если инструкторы Родиона, обучавшие его ораторскому искусству, добивались лишь эффекта достоверности, то информация, вложенная ими в уста Кокушкина, вполне соответствовала мировоззрению самого Панкрата.
— Я знал, что придет время, и ты поймешь, что не можешь оставаться в стороне, — сказал Родион, уловив перемену в настроении бывшего командира. — Твое место — среди нас. А за жену и детей не беспокойся, мы их прикроем.
— Пошли спать, — открыл дверцу машины Панкрат. — Уже поздно.
— Спасибо, командир, но мы поедем. Надо к рассвету попасть еще в одно место, я ведь порученец.
— Так зови их.
— Не надо, чтобы парней видели с тобой вместе. У них есть где остановиться, а завтра утром они приступят к исполнению обязанностей.
— Хоть покажи, как они выглядят, — сердито буркнул Панкрат. — Я же могу принять их за легионеров ЛООС или за бандитов и кончить.
— Вот тебе рация. — Родион протянул Воробьеву толстый карандаш с сеточкой микрофона на торце. — Они позовут тебя сами и доложат, где расположились. Разглядишь.
Они обменялись рукопожатиями, Родион махнул рукой Пете, и они исчезли за воротами. Панкрат проводил их глазами, прислушался к долетавшим из центра города звукам и пошел спать. Мысли, приходящие в голову, отражали его смятенно-растерянное состояние. Не верить Родиону у него не было причин, но тот слишком разительно изменился, чтобы ему во всем можно было доверять. И все же Панкрат почувствовал облегчение: одно дело — крутиться в тисках обстоятельств одному, совсем другое — ощущать за спиной мощную поддержку.
* * *Два дня Панкрат ездил на работу в тревоге за своих близких, предельно собранный и готовый к появлению непрошеных гостей. Парней Родиона он вычислил еще в понедельник утром, до их доклада по рации, и дал приказ обоим следовать не за ним, а за женой и детьми. Парни покочевряжились слегка, имея задание подстраховывать его, но смирились, когда Панкрат пообещал им «повыкалывать моргалы».