– Я люблю свою маму, но иногда мне кажется, что она считает меня клинической бестолочью, которая способна принимать только неправильные решения. Ты же слышала, с ней вообще бесполезно спорить! Есть только два мнения: мамино и неправильное.
Официантка принесла кофе и особый Катин заказ.
– Фу, что это? – процедила Таби, косясь на Катин десерт с таким омерзением, словно его доставили прямиком из преисподней.
Катя рассмеялась и подтянула поближе к себе банановый сплит. Банан, три шарика мороженого, литр сиропа и взбитые сливки.
– Я почти готова начать читать молитвы и брызгать в тебя святой водой.
– На, попробуй. – Катя отделила щедрый кусок десерта и поднесла ложку к лицу Таби. На стол между ними с дурацким чмокающим звуком шмякнулась изрядная порция сливок. – Ну же, открой ротик, скажи «а-а-а».
– Изыди, – буркнула Таби, пряча улыбку за чашкой. Катя рассмеялась и отправила ложку себе в рот.
За окном куда-то спешили люди. Как странно… Живут себе как раньше, даже не зная, сколько всего сегодня произошло в ее, Катиной, жизни.
– Я тоже тебе немного завидую, – тихо призналась она. – Я тоже люблю свою маму, конечно, но иногда она меня просто бесит своим детским упрямством и неприспособленностью. Она, например, до сих пор не знает, как оплачивать счета. Да и не хочет знать, потому что считает, что всеми проблемами должен заниматься мужчина. А если мужчины рядом нет… ну, тогда кто-нибудь еще, лишь бы не она.
Катя задумчиво кивнула. Она столько злилась на маму, что как-то даже забыла обо всем хорошем, что та для нее сделала. Может, все-таки стоило ей рассказать про…
– Ну, теперь твоя очередь, – вдруг вклинилась в ее мысли Таби. Катя перевела на нее непонимающий взгляд. – День рождения прошел… не по плану?
Ох, не то слово… Мгновенно помрачнев, Катя начала пересказывать события вчерашнего вечера.
– Не пойми меня неправильно, – осторожно начала Таби, когда Катя закончила рассказ, – я на твоей стороне, правда, но это видео правда выглядит очень… убедительно. Если бы я целовалась с Глебом, а потом получила видео, где он целуется с другой, я бы тоже, вероятно, вспылила.
– И все равно он должен был меня выслушать! – набычилась Катя.