"
"– …и ей пришлось в третий раз ехать к заводчику, представляешь? – Женя прижала дрожащие от расстройства пальцы ко рту, и Захару пришлось сочувственно кивнуть. Из нее изливался прямо-таки бесконечный поток болтовни, так что ему оставалось только смотреть в условную точку у нее между глаз и из последних сил изображать заинтересованность. Хотя зачем ему вообще информация о какой-то Жениной подруге, которая купила мопса, который все время воет, Захар, хоть убейте, не понимал.
На кой черт она все это ему пересказывает?
– А он даже не воет, а плачет, как ребеночек!
Мопс не интересовал Захара совсем.
А Женя сказала, что ни Кати, ни Стаса там нет…
Вывод напрашивался очевидный (хотя и неутешительный).
Женя была рядом. Женя выслушала! А потом вдруг расплакалась и попросила прощения за брата. Сказала, что пыталась ему объяснить, что Катя нравится другому, но они с ней к этому моменту уже слишком сблизились, и ничего она с этим поделать не смогла.
Рыдать она, кстати, убежала в ванную, а спустя пугающе короткий промежуток времени – и когда только слезы успели высохнуть? – вышла оттуда мокрая с головы до ног, в соблазнительно прилипшем к телу платье, которое и раньше-то мало что скрывало.
– У вас душевая лейка взбесилась! – потрясенно пролепетала она. – Я честно не знаю, что случилось. Она просто сломалась, и вода начала во все стороны брызгать!
Захар нашел в куче своей одежды первую попавшуюся рубашку, сунул ей в руки, чтобы переоделась, и бросился в ванную спасать квартиру от потопа.