– Очень важно, чтобы ты ответила честно, хорошо? «НИЧЕГО ТАКОГО» – твой комикс?
На первый взгляд вопрос был предельно простым. И у Кати совершенно точно не было никаких причин отпираться, ведь это Женя первой нарушила их уговор. И все же… Все только-только устаканилось! Пришло к равновесию, пусть даже шаткому, а она и прошлые-то раны еще не успела зализать…
Катя нерешительно кашлянула. Потянулась к косичке, чтобы начать по привычке ее теребить, но поймала только воздух и застыла, услышав Захара.
– О чем они говорят? – В его голосе вообще не было эмоций, но ладонь у нее на пояснице сжалась в кулак.
– Не чем-то, а своей победой в челлендже вообще-то! – фыркнула Таби. Катя послала ей взгляд, обещающий медленную мучительную смерть, но Таби беззаботно его проигнорировала и выдала краткий пересказ прошедшего дня. Ринц восхищенно цокнул языком и, запрокинув голову, допил коктейль Стаса.
– Это правда? – короткий вопрос Захара выбил воздух из Катиных легких.
– Что и требовалось доказать! – рявкнула Таби, грохнув ладонью по столу.
– Мы не в суде, дура, – поморщился Стас. Он откинулся на спинку дивана и вздернул нос. – И это никакое не доказательство. Катино слово против нашего? Серьезно? Да кто уго…
Катя перевела на него взгляд, и Стас запнулся. Его пламенная речь затухла сама собой, и некоторое время они играли в молчаливые гляделки.
– Ты же понимаешь, что мы все равно узнаем правду? – уточнил Глеб. – Это все можно проверить на раз-два. Если Катя принесет свои наброски и черновики, – он покосился на Катю, и та кивнула, подтверждая, что они у нее есть, – Полина возьмется за расследование всерьез. Я возьмусь! И чем больше ресурсов мы потратим, тем строже будет наказание. И тем больше народу, включая руководство МИМИ, будет во все это вовлечено! Тебе правда нужна такая слава?
Стас все-таки отвел от Кати взгляд и мрачно уставился на опустевший бокал из-под своего коктейля.
"– Ничего вы не докажете. А если и так… Я все равно уже по уши в этом дерьме.
– А что насчет Кати, ты, самовлюбленный кретин?! – Таби так сильно подалась вперед, что почти легла грудью на стол. – Она тебя не волнует? Совсем? Она одна не считала тебя полным говном! Она… да хватит в меня тыкать! – Судя по тому, с каким возмущением Таби посмотрела на Глеба, тот начал пихать ее под столом в попытках унять.