Катя стиснула зубы. Он же прекрасно понимал, к чему она ведет!
– Мне теперь негде жить, – толсто намекнула она, буравя Захара тяжелым взглядом. Тот с нарочитым интересом разглядывал пальцы. – Захар!
– Сиротка?
– Да ты же просто наслаждаешься всем этим! – возмутилась Катя. А Захар и притворяться не стал, будто это не так. Закинув ногу на ногу, он наклонил голову сначала в одну сторону, а потом в другую. Раздался отвратительный хруст, и Катю аж перекосило. По рукам побежали мурашки.
– Знаешь что? Ты годами изводила меня своими закидонами и «шуточками», – он показал пальцами кавычки.
Катя аж задохнулась от возмущения.
– Я? – завопила она, вскакивая на ноги. Возвышаться над Захаром было неожиданно приятно. – Я превратила твое детство в кошмар?
– Ты приклеила к моей руке кошачий лоток. Суперклеем!
– Да, но…"
"– Ты подбросила в мой школьный рюкзак трусищи своей матери.
– Да, но…
– Сущий ад!
– Я…
– Ты. Сводила. Меня. С ума! – заорал Захар, теряя самообладание и вскакивая с кресла. – Ты, черт возьми, разбила мое… Хватит.
Запнувшись, он вдруг резко замолчал и отвернулся, явно пытаясь взять себя в руки. Катя, опешив, смотрела на то, как его плечи поднимаются и опускаются от тяжелого дыхания, будто Захар только что пробежал стометровку наперегонки с Усэйном Болтом.
– Я больше не хочу продолжать этот разговор и делать тебе одолжений тоже не стану, – глухо выдавил Захар.
– Но… – в который раз пролепетала Катя, ошарашенная его напором.
Эй, незнакомец, куда ты дел моего закадычного недруга детства?
– Я бы не стал с тобой жить, даже если бы умирал от жажды, а ты держала в руках последний в мире стакан воды, – припечатал Захар. – Ты ходячая катастрофа. Ты красная кнопка на ядерной бомбе.