Все действия только по моим приказам.
— Я понял. Жду команды на штурм.
— Да, до связи!
— До связи!
Капитан Новиков получил сообщение о выходе противника сперва во фланг, а потом и фронт. Он передал командирам подразделений приказ приготовиться к массированной артподготовке и авианалету, но в этот день так ничего и не произошло. Солнце ушло за горизонт, после 20.10 стемнело. Японцы оставались на своих позициях. Никто не летал и не стрелял."
"В 20.45, сразу после ужина, который так же, как и обед, был доставлен на позиции, Новикова на связь вызвал командир батальона.
— «Иртыш»! — ответил капитан.
— Я знаю, кого вызываю. Как дела, капитан?
— Хуже некуда.
— Чего так? — удивился майор.
— Да терпеть не могу ждать. Уж быстрее бы все началось.
— Понимаю тебя, но всему свое время. При артподготовке и авианалете противника проводная связь наверняка будет нарушена, посему говорю сейчас. Каковы бы ни были результаты огневой подготовки японцев, заставь санитаров бегать с носилками от рубежей к селению, придай им людей из рот.
— Сделаю, если потери действительно не окажутся большими.
— А вот этого, капитан, требуется избежать. Еще раз проверь позиции. Солдаты не должны располагаться кучно.
— Я знаю.
— Ну а знаешь, то ждем!
— Черт бы побрал это самое «ждем».
— Конец связи!
— Минуту, товарищ майор.
— А у тебя есть связь с ними?
— Нет. Батальонные связисты так и не смогли протянуть провода через реку, что-то у них не сложилось. Обещали с утра повторить попытку.
— Вот и ответ на твой вопрос. Все?
— Да.
— Конец связи. — Комбат отключился.
Ночь выдалась безоблачная, теплая. Видно было далеко, только вот смотреть обороняющимся, вернее, их передовым дозорам было не на что. Кругом буераки, балки, малые сопки, степь.
Все началось с рассветом.
Где-то недалеко прогрохотали артиллерийские выстрелы, раздался шелест, и позиции советско-монгольской тактической группы покрылись четырьмя грибами разрывов стопятидесятимиллиметровых снарядов. Тут же последовал второй залп, за ним третий и четвертый. В течение пяти минут японские гаубицы выпустили более шестидесяти снарядов.
Потери от обстрела сразу определить было невозможно. Однако план капитана Новикова был приведен в исполнение.