Танкисты и экипажи бронеавтомобилей назначили своих часовых. Этой охраны было достаточно.
Ужин, вечерняя поверка и отбой прошли раньше обычного. Наступила темная звездная ночь. Что сулил завтрашний день, не знал никто, несмотря на все планирование.
Ровно в шесть утра колонна начала марш по берегу реки. Впереди танковый взвод, следом грузовики с личным составом, бронемашины, орудия. С воздуха ее прикрывали звенья истребителей И-15, постоянно сменявшиеся.
В селении Номан группа оказалась в 08.
Рота спешилась. Экипажи танков и броневиков покинули свои машины. Все построились у штаба отряда.
Личный состав был отправлен в палатки, подготовленные заранее. Офицеры прошли в штаб.
По пути они видели, как бульдозер отсыпал вал второй линии обороны. Первая уже была практически готова.
Совещание было недолгим. Подполковник Гэлдэр выдал советским офицерам карты данного района, сообщил им, что после авианалета и второй неудачной атаки заставы капитана Гандорига самураи к линии границы не подходили. Разведка обнаружила место, где располагался полевой лагерь японского подразделения, нападавшего на заставу капитана Гандорига. Он сказал, что инженерные работы будут закончены до вечера, после чего здесь, в подчинении Новикова, останется рота капитана Гандорига.
Больше докладывать Гэлдэру было не о чем. Он показал новым боевым товарищам склады боеприпасов, где, кроме нескольких ящиков с патронами для винтовок, ничего не было.
Танки и бронеавтомобили к этому времени ушли за ближайшие сопки, которых тут было совсем немного, всего две. Противотанковые орудия были установлены возле штаба.
Капитан Гандориг построил свою роту для представления Новикову, сказал ему, что треть ее личного состава участвовала в боях. После осмотра бывшие пограничники занялись подготовкой второй линии обороны.
Старший политрук с активом взялись за размещение в штабе плакатов агитации, в палатках — боевых листовок и стенгазет. Возле позиций остались Новиков, Гандориг и Шагаев.