Извини коньяка уже нет, но я могу купить другую бутылку.
Я молча встала, посмотрела на него.
- Знаешь куда засунь себе этот коньяк? - Развернулась и ушла в комнату.
- Нат, а спасибо сказать за завтрак?
- Пошёл ты!.. Спасибо. Было вкусно.
- Ну слава богу, хоть в этом тебе угодил.
Через некоторое время я заглянула на кухню. Мне было интересно, что он там делает? Он мыл посуду. Я была в шоке. Мужик и моет посуду???! Это что-то ненормальное.
- Может ты ещё и пол моешь и пылесосом пользоваться умеешь? - Ехидно спросила его.
"- Конечно мою, я же один живу, кто мне его ещё помоет? Я в свинарнике как-то жить не привык. И пылесосом пользоваться умею. Тут много ума не надо.
Я только покачала головой. Он точно псих. Закончив дела на кухне, он прошёл в комнату. Я в этот момент усиленно думала, как узнать куда он спрятал деньги?
- Ната, мне отлучиться нужно. Так надо. Приду часа через два. Ты сиди тут, никуда не выходи. Я тебя очень прошу.
- Решил сбежать от меня, с моими деньгами? Сволочь ты.
- Так сильно ненавидишь, даже не смотря на бурно и чувственно проведённую ночь?
- Это не считается. Я была неадекватна и пьяна. Плюс у меня давно не было мужчины. Так что не воображай о себе невесть что.
Он усмехнулся и ушёл. Я перерыла практически всю квартиру. Но ничего не нашла. Негодяй спрятал их где-то вне квартиры. Недаром он, пока я спала, куда-то сбегал. Это была катастрофа. Ещё через некоторое время поняла, что ко мне скоро придут гости. Ну вы поняли, что я имею ввиду? Да-да, даже календарик свой посмотрела.
Лесогорск. Одна из улиц города Четверг, 11 часов 35 минут.
Никодим Пряников был в ярости, но себя сдерживал. Эта тварь опять сбежала. Мало того, так ещё и кипятком ошпарила.
- Никодим, сходи в аптеку. Мне корвалол нужен. Кончился. - Попросила его престарелая мать.
- Конечно, мама. - Никодим очень любил свою мать и считал себя хорошим сыном.
Аптека была на соседней улице. Кожа на лице болела. Но уже меньше, чем вчера. Он намазал её кремом от ожогов. Но пара волдырей на лице, всё же, вскочило. Это доставляло массу неудобств. По дороге в аптеку Никодим всё время думал о своей жертве.