Я никогда не видел ничего подобного: Вайпер, сидевший ко всем спиной, всё равно притягивал взгляды. Может, они подойдут и пофлиртуют с Вайпером позже? Или подсунут ему салфетки со своими номерами?
— Это не любовь, — сказал Вайпер, опуская руку на спинку стула. — Им просто хочется со мной потрахаться.
Я удивленно распахнул глаза. Похоже, Вайпер не выбирал выражения.
— Не волнуйся, я не собираюсь тебя здесь бросать, — заверил он и уголки его губ дернулись вверх. — Они не в моем вкусе."
"«А кто в твоем вкусе?» — хотелось спросить, но это меня не касалось.
— Как скажешь.
Вайпер хотел что-то ответить, но к нам подошел худой пожилой мужчина и поставил на стол бутылку чего-то, что называл «байцзю», два маленьких стакана и две бутылки с охлажденной водой (прим. пер.: байцзю — традиционный китайский алкогольный напиток, похожий на водку).
— Спасибо, Ли, — поблагодарил Вайпер и немного поговорил о том о сем с человеком, который, судя по имени, был владельцем этого ресторана.
— Ты часто здесь бываешь? — поинтересовался я.
Вайпер поднял свой стакан, я сделал так же и затем выпил бесцветную жидкость одним большим глотком. Чтоб меня! Напиток оказался крепким. Жидкость потекла внутрь расплавленным потоком, обжигая внутренности.
— Хорошо, да? — улыбнулся Вайпер. — И да, когда бываю поблизости. На вид не очень, но это лучший в городе настоящий ресторан китайской кухни.
В этом был смысл. Туристы всегда портили хорошие места. Я мельком просмотрел меню. Взгляд зацепился за димсам и я решил остановиться на нем (прим. пер.: димсам — набор легких китайских блюд подаваемых к чаю, состоящий из поданных на нескольких небольших блюдцах или в одной паровой корзинке: вонтонов (пельменей) из тонкого рисового теста с начинками из мяса или овощей, рулетов из рисовой лапши, морепродуктов и десертов).
Вайпер же даже не удосужился взглянуть на меню, а вместо этого налил нам еще по порции байцзю.
— Дай-ка угадаю. Приходя сюда, ты каждый раз заказываешь одно и то же, — предположил я.
— В точку.
— Надо же. Я думал, такой парень, как ты, сказал бы, что разнообразие придает жизни остроту, — пошутил я.
Вайпер выгнул бровь:
— Парень, как я?
Ладно, похоже он не понял, что я хотел сказать.