А дальше все шло по намеченному сценарию — музыка, обряд, слова священника который раз двадцать произносил их перед наемницей прежде, чем она согласилась допустить его к церемонии, клятвы безумно влюбленных императора и императрицы, написанные Хелл и Кени, под бутылочку шахра, нежный поцелуй влюбленных… Поцелуй был чистой воды экспромтом, но получилось обалденно — репортеры рыдали от восторга!
— Хелл, — Кени связался с ней через браслет, вынуждая наемницу отключить общий канал связи, — Хелл, как вспомню, как мы эти клятвы писали, удержаться от смеха не могу.
— Даааа, — Хелл хихикнула, — все, Кени, после!
Она вновь подключила основной канал, чтобы отдать очередной приказ музыкантам, затем сверилась со сценарием:
— И сейчас лепестки! — в зал, из-под потолка посыпались лепестки роз, придавая сказочную атмосферу происходящему, превращая поцелуй императора и императрицы в мечту всех романтиков. — И поцелуй прерываем, нежно так, медленно, тааак, любящий взгляд в глаза друг друга, ребята, я сама в вас влюбилась окончательно и бесповоротно.
Тайрон, теперь будь уверен, народ тебя любит, Ашантин, в это мгновение все мужики хотят быть на его месте, поверь! Да, Ашантин, у тебя божественная улыбка! Теперь машем ручками, улыбаемся! Чудесно, а теперь Ашантин, на колени, Ашантин, ты такая грациозная! Так, корона пошла, я сказала корона!
Если этот мальчик с короной сейчас не явится, я ему лично… о, отлично!
Тайрон, убираем улыбку, это очень торжественный момент! Ашантин, теперь подними голову, чуть-чуть, так, брось на него испуганный, трепетный взгляд, Ашантин, я тебя обожаю! Теперь опусти головку, словно подчиняешься ему, словно примешь любое его решение.