— Их удивление можно было понять — во-первых, она была человеком, но двигалась как демон. Во-вторых, они понимали, что за любым поступком Императора Дарка кроется детальный расчет. Но наемница знала, что вреда ей не причинят, женщин здесь не били, правда, насиловали, но это у демонов было в пределах нормы.
Она подошла к демонам, медленно, делая каждый шаг так, чтобы тело изгибалось волной, контролируя каждую свою мышцу.
«Тахешесс, наемница, ты что творишь? — возмутился Ксиай, — изнасилований в моем тронном зале еще не было, но я уже готов пересмотреть это правило!»
«Ты меня сам к жрицам Танатры отправлял, сам и мучайся! — наставительно заметила наемница, чуть капризным голоском.
Демоны теперь были искренне уверены, что император ревнует, а женщина восхищается ими.
— Ты, — на даркианском произнесла Хелл, подойдя вплотную к Храю. Они были почти одного роста, учитывая, что Ксиай дал ей босоножки на высоченном каблуке, — Ты крассссивый… — прошептала Хелл, — но власти хочешь… Ты знал, что она погибнет…
Храй, стоя с невозмутимым лицом, смерил ее полным презрения взглядом… но это была именно та реакция, на которую она рассчитывала.
— Ты, — она мягко обошла Храя, подошла к Браону, памятуя о выходках малого и его наборе деймосянских феромонов, обошла демона и прижалась к его спине, — Ты сильный… — прошептала Хелл, — самый сильный из рргаранов Ракашеса… Тебе нет равных… Но она не любила тебя…
Тихое рычание демона и она поняла, что достигла желаемого.
— Ты, демон с седыми волосами, — она подошла к Отрону, обняла его, заглянула в черные, полные ненависти глаза, поправила прядь его волос, — ты любил ее больше всех! — демон вздрогнул.
Демон тоже зарычал, но громко, угрожающе, и вдохнул ее запах… Эти феромоны ей всю игру ломали. Мысленно выругавшись, Хелл взялась обрабатывать четвертого.