От “ну и дура героиня, такого мужика бросила” до “Боже, я так рада, что она вырвалась из этого кошмара. Всю главу читала и не дышала”.
И мне почему-то так важна была их реакция. Я не могла поделиться своей историей с кем – то конкретным, но могла с несколькими тысячами. От этого становилось немного легче.
Но вот моя история подошла к концу. Я свободна. Я дома, в своей стране, распоряжаюсь своей жизнью, принимаю решения сама за себя. И я не одна. У меня есть сын. Мой маленький мальчик, моё сокровище, подаренное арабской сказкой, который стоит всего того, что произошло со мной.
Я никогда не забуду мужчину, который мне подарил свою любовь, и я всегда буду бесконечно виноватой перед ним за сделанный выбор. Выбор, о котором я не жалею.
Именно такими словами я закончила книгу и поставила точку. Закрыла файл и вздохнула.
Моя история была закончена.
Часть вторая
Глава 28. «Паранойя или …»
Погода сегодня стояла отличная. С самого утра светило солнце, а лёгкий ветерок хоть и разносил всюду запахи осени, но был тёплым.
Я любила такую погоду. И даже если бы пошёл лёгкий дождик, на с Петей бы это не испугало. Он любит копошиться в прелых листьях, собирать каштаны и складывать их в ведёрко.
– Слушай, может тебе с ним к неврологу сходить? – предложила моя приятельница Марина.
Мы с ней познакомились в детской творческой мастерской “Капитошка”, куда я водила Петю, так и не решившись отдать его в детский сад. Подружились мы с Мариной, подружились и дети: мой Петька и её Аришка.
– Зачем ему невролог? Мы уже были, врач сказал всё нормально.
– Ну не зна-аю, – протянула Марина. – Ему уже два и восемь. Вот Аришка уже в год десять слов говорила, а в полтора предложениями начала. Я бы на твоём месте времени даром не теряла, может, к нейропсихологу сходили бы. А то эти неврологи… особенно старой школы.
Марина была из тех максимально включённых в жизнь детей мам. Она знала наизусть всю таблицу развития детей вплоть до первых половых признаков (уверена, и дальше учит уже), календарь прививок и что желательно сделать свыше него, дозировку всех лекарств и владела несколькими техниками развивающих игр.
Ну а я… Была просто Ксенией. Ну точнее, Анной. Так теперь гласил мой паспорт, и своё настоящее имя я старалась забыть. Внимательно следила, чтобы случайно не упомянуть его в разговоре или при регистрации на каком-нибудь сайте.
Предметом же гордости Марины было то, что её дочь болтала без умолку, мой же Петя молчал.