Зато, на что мы больше обратили внимание, жители никуда не спешили и вовсе не были заняты повседневными делами. Никто ничего не строил, не мастерил, напротив, создавалось впечатление, что люди проводят свою жизнь в праздности и развлечениях.
Мы увидели нескольких мужчин, играющих на ровном участке травы в какой-то круглый предмет, пиная его ногами. В стороне еще несколько человек пытались забросить такой же кругляшок в кольцо, подвешенное на одном из «щупалец» неудавшегося дома. Двое колонистов увлеченно вырезали ножами фигуры из дерева.
"Дальше долина снова начала расширяться, причем с левой ее стороны блеснула голубая полоса открытой воды, и тут же тело немыслимо зачесалось от желания окунуться и освежиться в реке.
Неподалеку от водоема паслись две коровы и три козы. Такая мирная картина, что невольно забываешь, что находишься на закрытой к посещению планете, считающейся одной из опаснейших в исследованных галактиках.
— Гордон, а в каком из этих куполов живет мой папа? — вопрос Лерой прервал мои философские размышления.
— А вы как думаете? — улыбнулся мужчина.
— Вон в том, блестящем? — указала девушка правее, на тускло белеющий впереди купол, свободный от растительности.
— Верно! Эту обсерваторию ваш отец создал совсем недавно, но уже снабдил ее множеством полезных для его работы приспособлений.
— Гордон, извините, что прерываю, — не удержался я от беспокоящего меня вопроса.
— Ничего, Ставрос, спрашивайте!
— Мне ведь не кажется, что этот купол полностью из металла?
— Всё верно, вам это не кажется! Их таких несколько, но этот оказался самым удачным!
Мы с Лерой переглянулись. Не знаю почему, но я почувствовал, что мы с ней думаем об одном и том же, а именно, об источнике этого металла.
За разговорами мы подошли к тому самому монументальному сооружению, возвышающемуся над долиной на множестве вертикальных труб. В одной из самых толстых открылся вход, напоминающий шлюзовой люк в шахте лифта, и на пороге появился невысокого роста и астенического телосложения человек.
Он махнул рукой и быстро направился нам навстречу. Подойдя ближе, обвел нас горящими живым интересом бледно-голубыми, словно выцветшими глазами и, остановив их на Лерой, тихо произнес:
— Ну, здравствуй, дочка!
— Папа! — пискнула девушка и бросилась ему на шею.
Мы невольно отвернулись, почувствовав себя лишними на встрече двух близких людей.