Хищная планета

— Быстро жуй и иди открывать! — а сам, махнув своим стражам, выбежал в коридор.

Чувствуя, как замедляется ритм моего сердца, я направился в шлюзовую камеру.

Глава 57. Загадочные послания

Лерой

Наконец, пневмофиксаторы противоперегрузочного кресла выпустили меня из своих объятий, и я смогла дышать полной грудью. Наверное, просто невозможно привыкнуть к варп-скоростям, хотя сам переход длится не очень долго.

— Дочка, ты как? — отец тоже освободился от фиксаторов и подошел ко мне. — Может, воды?

— Нет, пап, помоги мне встать!

— Да ты сиди! Куда ты сейчас пойдешь? Наверняка и голова у тебя кружится.

— Пап! Мне надо!

— Ах, да! Прости, я все забываю, что ты в положении.

Я лишь покачала головой, ничуточки не обижаясь. Ученым положено быть рассеянными, мне так мама в детстве говорила. Опершись на руку отца, я с трудом встала с кресла и медленно пошла в сторону туалета.

— Пап, как мы прошли?

— Все хорошо! У нашего линкора отличный капитан.

— Не верится, что еще двенадцать часов, и мы будем на Аэлите.

Я вот все думаю, не зря ли мы переименовали ее?

— Ты про планету?

— Да. Так и хочется ее Хищной назвать, — улыбнулась я отцу. — Пап, посмотри, пожалуйста, как там Молли переход перенесла! Все же, она слишком мала для такого путешествия.

Закрывшись в санитарной кабинке, я включила душ, села на крышку унитаза и заревела. С тех пор, как я встретила в парке Ставроса, у меня не было возможности остаться одной, всё хорошенько обдумать и, наконец, попрощаться со своими глупыми женскими мечтами о счастливой семье.

Стоило лишь вспомнить его холодный взгляд, каким он окинул меня. А эта его фраза: «Это твоя? Что ж, желаю тебе счастья». Да я даже рот не успела открыть, как, фактически попрощавшись со мной, он пошел дальше, ни разу не оглянувшись. Хотя, может, этот мужчина того и не стоит, чтобы по нему так сокрушаться? Ведь, по сути, я про Ставра ничего не знаю. Страж мне даже не рассказал, за что он сидел и за что был обижен на командора и свою команду. Короче, не стоит он моих слез! — подумала я и…

Снова зарыдала в голос.

И, собственно, даже не от потерянной надежды, просто за последние дни волнений накопилось предостаточно, а принимать что-либо успокоительное я опасалась из-за ребенка. Почувствовав, что слезы иссякли, а на душе ощущается полный штиль, я встала с унитаза и посмотрелась в зеркало.

Мамочки!

Когда спешно нанесенная, успокаивающая кожу маска была смыта, я направилась на выход, и тут в дверь громко забарабанили.