Полчаса спустя скотник вывел рогатого шантажиста за каменную ограду и провел через скальный лабиринт. На вопрос часового, куда он ведет быка, ответил, что такова была просьба Майкла Доуни. Ученый, якобы, поставил на быка отслеживающую метку и после того, как ранка подживет, сказал его выпустить на волю.
— Но ведь от метки слежения никаких ран не бывает! — удивился я.
— Так кто ж в этом разбирается!? — пожал плечами Емельян. — Что, ваш отец сильно на меня рассердится? — щенячьим взглядом посмотрел он на Лерой.
— Да бросьте вы! Вы ни в чем не виноваты! — махнула девушка рукой. — Любой бы на вашем месте испугался.
А всё же, что это было? Бык и, правда разговаривал, или я того, этого…
— Правда. Но советую не распространяться об этом, так как сами понимаете."
"— Да, конечно! Местный дурачёк! — часто закивал Емельян, благодарно заглядывая девушке в глаза.
— Но, Емельян, давайте теперь оставим эту тему, у меня к вам будет очень интересное и важное предложение. — Лерой бросила на меня лукавый взгляд, и я понял, что в ее очаровательной головке созрел новый гениальный план.
Провожал нас мужчина, глядя вслед слегка обалдевшим взглядом, так как за один час он сделал карьеру от простого скотника до личного помощника хозяйки планеты!
Не сговариваясь, мы направились к дому ее отца. Я слегка приобнял девушку за плечи, придерживая, и ощущая легкое головокружение от ее близости.
— Ставр, что ты думаешь по поводу появившейся у быка речи? Как он мог подобное провернуть? Ведь у жвачных животных нет речевого аппарата!
Я не сразу понял, что она обращается ко мне, так как думал сейчас вообще о другом.
— Думаю, два месяца он не просто выжидал, а методично «ковал» себе голос.
— Ты про материализацию?
— Скорее всего, да. Видимо, было много попыток. Ты же помнишь, Емельян рассказывал, что слышал странные звуки, издаваемые быком. Наверняка он опробовал свои измененные голосовые связки, а потом, новым запросом, что-то менял в речевом аппарате.
— Знаешь, Ставр, мне даже страшно представить, что он еще научился делать за эти месяцы! Сначала мне казалось, что одного быка и трех пиратов нечего бояться, но сейчас я так уже не думаю.
— Да, тем более, если вспомнить, что он все же был ученым.
— Да, ты прав. И от этого еще страшнее! — девушка вздрогнула и сильнее прижалась ко мне.
Много бы я дал, если бы этот порыв был бы вызван не страхом.
— Ставр! Нужно срочно рассказать все отцу!
— Думаю, не ему одному.