А сейчас из зеркала на меня смотрит стройная молодая красавица в ночной сорочке.
Длинные волосы пшеничного цвета, заплетённые в косу, достают до самого пояса. Тонкие брови, прямой нос, глаза цвета небесной лазури. Интересно, у кого поднялась рука отравить такую красоту?
Стало быть, душа хозяйки покинула это тело, а мою притянуло вместо неё? Другого объяснения моему чудесному перерождению я не нахожу. Хотя нет, есть ещё одно. Возможно, я просто вижу сон. Красивый сон о госпоже времён эпохи Возрождения или ещё того раньше.
Слегка покачиваясь, я прохожу к окну. Все же силы ко мне вернулись ещё не полностью. Приоткрыв бордовую штору, выглядываю в окно. Вижу, как внизу посреди кустов роз копошится садовник. Красиво постриженные кусты сливаются в большой квадратный лабиринт, с каждой стороны от которого стоят увитые плющом беседки.
Чувствую усталость в ногах и возвращаюсь в постель. Делаю это как раз вовремя, потому что за дверью раздаются голоса. На всякий случай прикрываю глаза, но смотрю из-под опущенных ресниц, как в комнату входят две девушки.
Мне становится жутко любопытно узнать их реакцию, если я вдруг проснусь. Ведь я уже ни капли не сомневаюсь в том, что делят они мою одежду.
Любопытство становится нестерпимым, а ещё у меня свербит в носу, поэтому изображать спящую дальше не получится. От моего чихания девушки вздрагивают и оборачиваются, после чего в ужасе убегают прочь, едва ли не сбив с ног пожилую женщину в бордовом платье.
— Вот паразитки, совсем страх потеряли! — ругается она, затем замечет меня и меняется в лице, — Лекаря! Скорее позовите лекаря! — кричит женщина вслед убегающим девушкам.
3
Пожалуй, лекарь мне сейчас, действительно, не помешает. А ещё оправившись от первого впечатления, я поняла, что очень сильно хочу пить. В горле пересохло так, словно я несколько дней бродила по пустыне.
— Воды, — сиплым голосом обращаюсь к женщине в бордовом.
Она странно морщит нос, но всё-таки кивает, затем оставляет меня одну. Каким-то чутьём я понимаю, что от этой женщины нужно держаться подальше. В голове снова мелькают воспоминания. На этот раз они принадлежат не мне, а той самой госпоже, в теле которой я оказалась.
Госпожу зовут Мия Вествуд, в девичестве Стоун. Она, то есть я, законная жена правителя западных земель — Рейнольда Вествуда.