Холод, пробирающий до костей. Но роскошный мех не позволяет мне замёрзнуть.
Охрана в толстых тулупах и меховых шапках, больше похожих на звериные головы, встречает нас низкими поклонами, адресованными исключительно Рейнольду. Их глаза, осторожные и оценивающие, скользят по мне и Конору, задержавшись на белоснежной шубе — явно небоевой экипировке.
— Разместите их в лучшую комнату, накормите обедом, — Рейнольд отдаёт приказ командиру стражи, даже не глядя на нас. Снова этот жёсткий командный тон, — Я вернусь через час.
Он уже разворачивается, его движения резкие, целеустремлённые. Собирается сбросить человеческий облик и лететь. Прямо сейчас. Со двора форта.
Я инстинктивно прижимаю Конора к себе, чувствуя, как его маленькое сердечко бьётся чаще — не от страха, а от предвкушения зрелища.
Рейнольд улетает. Один. В эту ледяную пустыню, где порталы не работают, а магический сигнал пропадает.
Наши взгляды встречаются. Всего на миг. Золотисто-карие глаза дракона, обычно такие непроницаемые, на долю секунды отражают беспокойство? Предостережение? Я не успеваю понять.
Но мои губы сжимаются сами собой, шепча ему вслед:
— Будь осторожен.
Он лишь чуть кивает, столь же коротко и невыразительно, и шагает вперёд, на заснеженный плац.
Через несколько мгновений на месте человека стоит величественный дракон, его крылья, отбрасывают огромную тень на заснеженную землю.
Мощный толчок — и он взмывает в свинцовое небо и скрывается за низкими снеговыми тучами.
46
Во дворе форта стоит звенящая тишина. Слышно только вой ветра в бойницах и хруст снега под сапогами.
— Прошу за мной, — начальник охраны жестом приглашает нас войти.
Нас проводят в просторную комнату с высокими каменными стенами и растопленным камином. Снимаем верхнюю одежду и садимся за столик с двумя креслами неподалёку от камина. Через пять минут приносят простой, но сытный обед: тушёное мясо, горячий хлеб, клюквенный морс.
Любопытный Конор сначала осматривается по сторонам, затем с большим аппетитом начинает есть.
Он сказал, вернётся через час…
За окном бушует метель, сквозь которую невозможно ничего разобрать.
Проходит час.
За ним ещё один.
Меня охватывает тревога.
Перебираю в голове возможные варианты того, что могло произойти. Дракон, застывший среди льдов, сражённый неведомой силой.