А теперь — что?
Как быть с ним?! Как я смогу без него?
Люська ещё что-то говорит и говорит, плюётся злостью: она меня ненавидит за нелюбовь! Но насильно мил не будешь.
— Помолчи, а? — прошу устало.
На удивление, она замолкает, тяжело дыша и нервно промокает платочком пот со лба.
Всё выяснилось так внезапно. Неожиданно для Люськи. Она не успели ни одного оправдания придумать, зато говна с неё вылилось целое море!
В прошлом я понимал, что результаты тестов на беременность можно подделать, подвести под нужную дату.
Именно поэтому в прошлом я и потащил Люську на дополнительный тест ДНК на отцовство, как только сроки беременности стали позволять проведение этой экспертизы.
Когда результаты показали, что я — отец ребёнка Люськи, это стало словно контрольный выстрел в голову.
Окончательно. Бесповоротно.
Выходит, что это был подлог? Но как?!
— Я уверен, что врач не солгал. Но могу провести и дополнительный тест на отцовство.
Она молчит, нервно сжимая и разжимая пальцы на ремешке дорогой сумочки.
— Мне только одно непонятно: как ты в прошлом смогла фокус с тестом ДНК провернуть? — спрашиваю.
Люся крепко-крепко поджимает губы, в одну линию.
— Стоишь на своём? Так уже поздно. Я до правды докопаюсь. Но ты мне можешь сэкономить время, а себе — деньги.
— Не поняла, — хмурится Люся. — Какие деньги?!
— После операции Тимуру мы разведёмся. Без всяких «но» и имущественных претензий в мою сторону.
— Хан… — говорит жалобно.
— Или так. Или с голой жопой вылетишь. Я не шучу.
Люся колеблется, но потом выдыхает:
— У меня таких связей нет! Но зато у тебя есть!
— Не понял.
— Какой ты благородный и слепой, Хан! Кому было выгодно, чтобы ты в семейные отношения залез с головой и не рвался из них прочь? — спрашивает с ядом.
Я уже догадываюсь. Только боюсь свои подозрения вслух озвучить.
— Отец Дианы Самарской! — победно улыбается Люська.