— Лидия Львовна, я думаю, что вам сегодня просто необходим короткий день. Нашей будущей звезде хоккея помимо тренировок нужен ещё и отдых. — Улыбнулся я, прикинув, что ничего важного на вечер не планируется, и я вполне обойдусь без секретаря.
Я обложился документами и отчётами, лично проверяя и перепроверяя готовность к старту. Тендер, конечно, поможет нам резко взлететь, но и на случай его отсутствия я тоже готовил решения.
— Ром… — в кабинет без стука, впрочем, как и всегда, зашёл Глеб. — Помнишь, после похорон, ты просил пробить по больнице, что там было с Алисой?
— Я? Если честно, то не помню, видно уже хорошо на тот момент выпил.
— Я бы тоже не вспомнил, если бы записи в заметках периодически не проверял. — Он включил голосовое сообщение, где он себе диктует найти больницу, куда отправили Алису и узнать, что с ней было. На заднем фоне было слышно мой пьяный голос.
— Да я верю, с чего ты мне тут доказывать решил, что не сам додумался полезть? — неуверенное выражение на лице друга будило нехорошее подозрение.
— Вот. — Глеб протянул мне мед. карту Вознесенской Алисы Михайловны. Ведь до развода она носила мою фамилию.
Я выдохнул и открыл карту. Строчки бежали перед глазами. Ушибы мягких тканей, гематомы, кровотечение, переломы и трещины. Последней строкой добавлена другой рукой и другими чернилами надпись, от которой у меня земля ушла из-под ног. Беременность семь-восемь недель.
В ушах загрохотало, галстук резко начал сдавливать горло.
— Ром… Ром! — в лицо мне прилетает холодная вода,
— Что это? — я и сам читать умею, но это… Это тогда пиз@дец.
— Освидетельствование. Не знаю что они там делали, рентген или УЗИ, но вот обнаружили. — Кивает Глеб на документы.
— А разве рентген во время беременности можно делать? — почему-то сейчас это единственная мысль, что есть в голове.
— А кто знал? Им девочку переломанную привезли, наверняка без сознания.
— А потом? Что случилось с ней и с ребёнком? — жду продолжения."
"— Выписалась. На момент выписки ещё была беременна. Потом ты получил документы на развод. Дальше я не узнавал. — Ответил Глеб.
— Да какого хрена ты не узнавал? Ты что не понимаешь… — срываюсь я на крик.