— С чего ты решил, что имеешь право приближаться к моему сыну и заявлять Алексу, что ты его отец? Ты вообще в курсе, что твою слежку за ребёнком легко расценить как нарушение закона? — ходить вокруг да около в попытках быть вежливой я не собиралась.
— Только к твоему, Алиса? — спросил меня Роман, потянувшись к моей руке.
— Даже не пытайся. — Предупредила я.
— Ожидаемо, — тяжело вздохнул он. — Алис, мы ведь не чужие друг другу. Давай поговорим о нас… О наших отношениях.
— О чём? — моя чашка замерла в воздухе.
"Последние слова я выделила, показывая пальцами кавычки. Он попытался что-то сказать, но я не дала себя перебить.
— Говорить о нас нужно было десять лет назад! В тот вечер, когда я выжила неизвестно каким чудом! — продолжила я злым шёпотом. — Я до сих пор не знаю, каким образом вовремя попала в руки врачей! За всё время, что я провела в больнице, ты ни разу не соизволил хотя бы поинтересоваться, выжила ли я вообще! Ты…
— Я, Алиса, я! И именно поэтому ты не сообщила о беременности до развода, не стала разбираться в произошедшем, не потребовала объяснений! Решила наказать, скрыв от меня существование моего ребёнка? — всё-таки перебил меня Роман.
— Я никогда не врала! И не собираюсь этого делать, тем более Алексу. Его зовут Алекс, а не Сашка.
— Сын, глядя мне в лицо, сказал, что знает, почему ты уехала из страны. И пояснил, видно решив, что я совсем тупой, что он читал описание того, что было после того, как я, цитирую, ""избил нас с мамой, ведь я уже тогда был"". Алиса, я точно так же, как и ты, не знал, что ты беременна! Даже не предполагал! — чуть повысил голос он.
— А то что? Бил бы по животу, чтобы наверняка? — надоело слушать это всё мне. — Роман Викторович, я не собираюсь ворошить эту зловонную кучу, что осталась после нашего общего прошлого. Мне не интересны причины вашего поступка и что это вообще было. Для всего этого в нашей с Алексом жизни места нет. Как и для вас. Ещё одна попытка подобных выяснений, и я обращусь в полицию за защитой.