Сообразив, что Олаф обозвал ослом Кристофа, она тихонько рассмеялась про себя. Дождавшись, пока Олаф перезнакомится со всеми, она наконец задала вопрос, который уже давно вертелся у нее на языке. Ей срочно требовалось это выяснить.
– Олаф, тебя Эльза сделала?
– Ага, – беззаботно ответил снеговик. – А что?
Значит, она была права. Этот чудесный, живой и говорящий снеговик по имени Олаф создан Эльзой! С помощью ее волшебного дара! «Жаль, что жители Эренделла его сейчас не видят, – подумала Анна. – Они бы сразу поняли, каким добрым и веселым может быть волшебство Эльзы».
– А ты знаешь, где она? – спросила Анна, покосившись на Кристофа. Тот бесцеремонно выдернул одну из его ручек-веточек и сейчас вертел ее в руках, изумляясь, как она остается живой и подвижной даже отдельно от тела. «Пожалуй, в чем-то Олаф прав, – решила она. – Иногда Кристоф действительно ведет себя как осел».
То ли не заметив, то ли просто не обратив внимание на отсутствие одной руки, Олаф кивнул и снова поинтересовался:
– Да, знаю.
– А ты можешь показать нам дорогу к ней? – с живостью спросила Анна. Неужели они сейчас узнают, где прячется Эльза? Если Олаф сможет проводить их к королеве, они еще на шаг приблизятся к тому, чтобы положить конец внезапной зиме. А может быть, она даже сумеет наладить отношения с сестрой…
Она снова глянула на Кристофа, ожидая, что он не меньше нее обрадуется счастливой новости, но тот продолжал увлеченно играть с рукой Олафа. Вдруг, к его большому удивлению, рука неожиданно хлопнула его по щеке.
– Прекрати, Свен, – велел Олаф Кристофу. – Мы тут о серьезных вещах разговариваем!
Потом он повернулся к Анне и снова спросил:
– А зачем?
– Я скажу тебе зачем, – ответил вместо нее Кристоф. – Нам нужно, чтобы Эльза снова вернула лето.
При слове «лето» снежная физиономия Олафа расплылась в широчайшей улыбке. Как выяснилось, Олаф обожал лето больше всего на свете. Но хотя Анна находила неожиданную любовь существа, сделанного из снега, к самому теплому времени года очень милой и трогательной, Кристоф не был с ней согласен.
– Готов поспорить, до сих пор ты не очень-то был знаком с летним зноем, – заметил он.
– О, нет, – беспечно согласился снеговик. – Но знаете, иногда я закрываю глаза и мечтаю, как это было бы чудесно…
Прямо на глазах у Анны и Кристофа снеговик действительно зажмурился и погрузился в сладостные мечтания, воображая себя то на горячем песке пляжа, то на поляне, покрытой пушистыми одуванчиками.