Егоров сделал ему внушение за опоздание, после чего велел ожидавшим процедуры опознания людям построиться в ряд, и среди них поместил и Леонтьева – тот стоял вторым справа. А затем пригласил ювелира Краузе.
Когда ювелир вошел, Егоров обратился к нему со стандартной речью, которая всегда произносилась в таких ситуациях:
– Вам нужно внимательно посмотреть на этих людей и определить, нет ли среди них человека, которого вы недавно видели у себя в магазине. Приступайте.
Ювелир сделал два шага вперед и принялся смотреть на выстроившихся перед ним людей.
– Тут есть двое, которые похожи на того, кто сдал серьги. Больше всего похож вот этот.
И он указал на слушателя Школы милиции, внешне похожего на Леонтьева.
– А еще вот этот вроде похож, – продолжал Краузе. – Даже очень похож. Но все же тот был какой-то другой.
– А в чем разница? – спросил Егоров.
– Мне трудно сказать, – отвечал ювелир.
– Но ведь эти люди вообще при вас не двигались и не говорили, – заметил Егоров.
Затем, обращаясь к участникам процедуры, сказал:
– Вы четверо – да, вы, и вы тоже, – можете быть свободны. А вы двое останьтесь. Пройдите, пожалуйста, к той стене… Теперь назад… А теперь скажите что-нибудь, например: «Сегодня ужасная погода».
Леонтьев и человек, похожий на него, проделали все, что просил Егоров. После чего ювелир покачал головой и решительно сказал:
– Нет, это не они! А что, вы так и не нашли этого Леонтьева, который сдал серьги? Почему вы его не вызвали?
– Мы его обязательно найдем и тогда пригласим вас еще раз, – пообещал Егоров.
Последние слова были адресованы слушателю Школы милиции. Когда эти двое вышли, Егоров взглянул на Леонтьева и сказал:
– Как видите, ювелир Краузе вас не опознал. Так что серьги в скупку сдавали, скорее всего, не вы.
– Что значит «скорее всего»? – возмутился танцовщик. – Раз этот человек меня не узнал, значит, меня там не было! Во всяком случае, я его видел сейчас впервые!
– Бывает, что свидетель ошибается, не может узнать преступника, – сказал Егоров. – Разные ситуации бывают. Хотя, конечно, это был аргумент в вашу пользу, Леонтьев. Ладно, вы тоже можете идти.
Оставшись один, капитан решил заняться разработкой фигуриста Лещинского.