Ее саму вело. – Не помнить, что случилось, только осознавать – что-то очень плохое. А помощи ждать не от кого. И ведь ты не делала ничего предосудительного, тебе нечего стыдиться. Полагаю, тогда ты не справилась с отчаянием, и дело кончилось больницей. А потом? Ты наверняка решила выяснить, что произошло и кто виновен?
Бекка едва заметно кивнула.
– Думаю, ты догадалась, что тебе подмешали наркотик. И какими были твои дальнейшие действия? Ты начала расспрашивать у всех – кто на вечеринках покупал наркоту и у кого. А расспросы привели к твоей сестре.
"– Мне удалось выяснить одно: некоторые в разное время покупали траву и экстази у Энди. – Бекка опустила взгляд, сдерживая слезы. – И когда сестра ушла из дома, я обыскала ее комнату и нашла, где она прячет второй телефон и наркоту. Я изучила телефон: все имена в списке контактов состояли из одной буквы, однако, прочитав сообщения, догадалась, кто покупал рогипнол. В одном из сообщений Энди назвала его по имени.
– Макс Хастингс.
– И я решила, – всхлипнула Бекка, – я решила, что теперь, когда я все знаю, мы сможем выяснить отношения и помириться. Подумала, вот Энди придет домой, я выговорюсь, и она позволит мне накричать на себя, а потом признает свою вину, и тогда мы вместе сообразим, как заставить Макса расплатиться. Она же моя старшая сестра! Я так в ней нуждалась! Наконец освободиться, рассказать обо всем…
Пиппа вытерла глаза. Она внезапно ослабела и чувствовала себя как выжатый лимон.
– И вот Энди пришла домой, – продолжила Бекка.
– С пробитой головой?
– В тот момент я этого не знала. Энди направилась на кухню, и я не могла больше ждать. Я должна была ей рассказать. – Голос Бекки надламывался. – И когда я начала говорить, она посмотрела на меня и заявила, что ей наплевать. Я пыталась объяснить, она не слушала. Сказала только, чтобы я не вздумала проболтаться еще кому-нибудь, а то у нее будут проблемы. Потом хотела выйти из кухни, и я преградила ей путь.
Энди упала на спину. Я не думала, что ударила ее настолько сильно.