Вера очень плохо выглядела, бледная такая, одета немодно, без косметики. Денег, наверное, нет. Я ее позвала к нам, дом был рядом…
– Слов нет! – воскликнула Наташа-Марина. – А если бы баба оказалась наводчицей? Ты ее впустишь, а следом мужики ворвутся? Тебя изнасилуют, квартиру ограбят…
– Подожди, – остановил ее Антон, – пусть договорит.
– Мне ее просто жалко стало, – повторила Аня, – мы сели в столовой. Вера чай выпила и рассказала свою историю. Она старше Алексея. Но не старуха. Выглядит немолодо, потому что здоровья нет.
– О господи, – негромко ахнула Наташа-Марина.
– И сказала отцу ребенка, – продолжала Аня, – «Делай с девчонкой что хочешь. Я тут ни при чем».
– Ой-ой, – снова не выдержала жена Антона.
– Тут вот какая проблема, – воскликнула Аня, – мать Веры училась в музыкальной школе, ей всего четырнадцать было, когда директор… фамилия у него такая… странная…
– Марамамакин Иван Алексеевич, – вдруг сказал Барабанов.
– Папа! – закричала Аня.
– Да, – признался тот, – некоторое время назад ко мне на прием записалась Вера Ивановна Арамакина. Ей пришлось довольно долго ждать, но в конце концов она оказалась в кабинете. Вера сообщила секретарю цель своего посещения – бизнес-предложение и отказалась уходить. Я когда слышал ерунду, отвечал стандартно: «К сожалению, сейчас не имею времени, чтобы вникнуть в суть дела. Побеседуйте с моим помощником». Затем вызывал психолога, который с такими посетителями разбирался.