Мы все с директрисой обсудили, Олег пообещал дать денег, собрались уезжать, вышли в коридор, и вдруг! Подбегает ко мне девчушка:
– Тетя, покажи свою руку!
За ней примчалась воспитательница:
– Анечка, успокойся.
Но девочка меня за ладонь схватила:
– Мама, я тебя ждала! Тетя Таня предупредила: «Приедет женщина со знаком на руке». Это ты! Забери меня домой!
Глава четвертая
Федина скрестила руки на груди.
– И что было делать? Малышка ко мне прижалась, снизу вверх смотрит, спрашивает: «Мамочка, я сейчас с тобой домой поеду?» Понимаете мое состояние? Я недавно похоронила доченьку, и тут такое приключение.
– Анечка, пожалуйста, объясни, почему ты считаешь тетю Аллу своей мамой?
– Потому что она моя мама, – ответил ребенок.
– Прекрасно, – улыбнулся Олег, – но разве хорошо, когда гостей не угощают? Думаю, тебе надо организовать нам чаек.
Аня бросилась к воспитательнице:
– Полина Сергеевна, меня на кухню не пустят.
Женщина оказалась умной, сразу сообразила, что благотворитель хочет поговорить с директрисой и с ней без ребенка. Полина взяла девочку, увела ее, но очень быстро вернулась. Анфиса, так вроде звали директора, только начала рассказ.
Алла смущенно улыбнулась.
– Я плохо запоминаю обычные имена: Наташа, Лена, Ира. Вот имя Ефросинья навсегда у меня в голове останется. Еще лучше, если встречаю тезку кого-то из родных. Полиной Сергеевной звали мою любимую учительницу. Ох, опять я уклонилась в сторону от темы. Пожалуйста, не разрешайте мне это делать, останавливайте.
Федина сделала глоток из чашки.
– Заведующая поведала нам печальную историю. Анечка попала в детдом недавно. Там она сообщила, что ее отец умер, когда она только родилась; мать, эстрадная певица, работала в каком-то вокально-инструментальном ансамбле.