Но через мгновение кто-то сказал что Натале жива. И последующие дни он молился Пресвятой Деве и желал только одного, чтобы девушка выздоровела. Если бы потребовалось отдать свою жизнь в обмен на её, он ни минуты бы не сомневался. А сейчас, когда она слабая, но живая пришла к нему, всё остальное было не важным. Она жива, значит надо и жить и ему, учить её, оберегать и хорошо устроить в будущем. Жакоп вздохнул полной грудью и принялся за работу.
С чего мне начинать — с поиска Битти. Осторожно спустилась к себе на этаж.
Кухня действительно нашлась быстро. Обстановка на ней удобная для работы кухарки. Посередине огромных размеров стол с глиняной коричневой посудой, миски, чашки. На нём же остатки муки, плетёные небольшие корзины. С обеих сторон от стола — лавки. У стенки — печь, накрытая сверху железным листом, и с прорезями для кастрюль и котлов.
Стол покрыт слоем застарелого, въевшегося жира. На полу шелуха от лука, яиц и ещё чего то. Котелки для приготовления пищи с «антипригарным покрытием».
— Пресвятая Дева! Только очнулась и сразу за работу? Исхудала, то как. Битти уже рассказала, что ты спрашивала про хозяйство. Не волнуйся, лишнего не съели. Ничего не попортили. Запасы проверяла лично, никому не доверила. Мне же ответ держать. Ты есть то хочешь? — всё это женщина выпалила на одном дыхании, видимо здесь принято много говорить. Исходя этой речи, передо мной кухарка Клара.
На вид ей чуть больше сорока лет. Немного выше меня ростом, и с пышными формами, но они нисколько не лишают её подвижности и легкости.
— Спасибо Клара. Да, немного пришла в себя, только ещё сил мало. Есть не хочу — Битти покормила недавно, а ты не видела её? — присяду ка я на край лавки, силы беречь надо. Здесь и сейчас от болтовни Клары мне становилось спокойнее.