Хозяйка гарема

Моя сила тоже во всю паниковала, стараясь больше не грузить собой нашу девочку, также опасаясь её перегрева. Даже дала часть себя забрать обратно во избежание, и всё равно не помогало.

Не переставая двигаться в её жарком, узком, дрожащем лоне, я старался как можно быстрее найти в комме необходимый мне сейчас контакт помощника. Тот принял звуковой вызов с тревогой в голосе:

- Капитан?

- Тид, немедленно найди в этом поместье хоть кого-нибудь с похожей на мою энергией, но при этом с противоположным вектором активности.

Подойдёт кто угодно, - чётко приказал я. И именно этот момент выбрала дражайшая супруга, чтобы в очередной раз сладко застонать, чем заставила моего помощника подавиться воздухом и закашляться. – Быстро! – выкрикнул и сбросил вызов.

Про «кого угодно» я не шутил, но понимал: когда Тина придёт в себя, и мой выбор ей не понравится, то я могу впасть в немилость жены. Но так было нужно! Пусть злиться, пусть даже бьёт или отсылает на другой край галактики, главное – её здоровье, спокойствие и удовлетворённость.

И может её немного иной менталитет смягчит мою вину в её глазах, когда я всё объясню… надеюсь.

Пока размышлял на эту тему, моя жгучая женщина вырвала из захвата свои ноги, обхватила меня ими и сделала рывок, оказываясь по итогу сверху. Поза наездницы ей невероятно шла. Хрупкое тело на собственном смотрелось просто невероятно завораживающе и так правильно.

Ждать, что я схвачу её за бёдра и задам темп, малышка не стала. Начала такой танец страсти, что у меня звёзды закружили перед глазами.

Я даже не сразу понял: мы уже не одни в комнате, и Тид выполнил задачу. Пришлось прикусить посильнее губу и, скинув морок страсти, посмотреть на «спасителя» более трезвым взглядом.

И кого-кого, а его точно не ожидал здесь увидеть!

- Ваше высочество принц Шаркар, - прошипел не хуже его самого, ведь малышка уже сжалась, делая наше соитие куда ярче в ощущениях.

Наг неистово и опасно шипел что-то на родном шайре, не моргая смотря на мою женщину.

И ему больше, чем просто нравилось увиденное – вся его суть змея рвалась наружу, стремясь дополнить недостающий, по его мнению, элемент в открывшейся ему картине – себя.

Я видел страшный голод в глазах этой рептилии, напряжение в теле, чья кожа уже наполовину скинула морок, показывая гладкие чешуйки. Шёлковая лента языка нервно плясала в воздухе, стараясь уловить как можно больше приторно-сладкого аромата страсти, заполнившего комнату.