Без его вклада моя работа будет неполной. Я дам рекомендательное письмо.
— Благодарю.
Мастер смахивает карту, и она разлетается всесёлыми искорками, которые, оседая на разлетевшийся по полу старый хлам, гаснут. Только одну искорку мастер зачем-то ловит и сжимает в кулаке.
Книга словно сама собой уменьшается до тех пор, пока полностью не исчезает.
Оглядев разгром, мастер с досадой цыкает.
— Вот как теперь тут что-то найти можно? — возмущается он.
Так и тянет спросить, как он раньше справлялся, учитывая слой пыли, намекающий, что вещи лежали нетронутыми года, но я сдерживаюсь, тем более моя вина в случившемся погроме очевидна.
— Призвать духа-мусороеда? — предлагает шаманка.
— Нет! Нашёл…
Мастер бросается к боковой полке, к которой я не подходила и с которой ничего не роняла, хватает за край какую-то доску и рывком выдёргивает. Надо ли говорить, что всё, что было свалено на доску сверху, тоже падает, тоже с грохотом? И мне под ноги прикатывается ступка, без пестика.
Уложив доску на столешницу, мастер сажает на неё искорку, отчего доска… преображается и превращается в настоящий макет. Живое море набегает на изломанный берег, утраченный мыс разрезает волны…
— Касаетесь иллюзии в нужном месте и выбираете, что вам нравится, господыня. Предупреждаю, это лишь черновик, на который я буду ориентироваться, но не воплощать один в один.
И мастер показывает мне, как прикосновением к Большому дому разворачивает над ним пару десятков вариантов дворца.
— Ого! — вырывается у меня.
Это… что-то невероятное. Мастер хоть и старается не показывать, но моя яркая реакция ему явно льстит, а я, заполучив игрушку, забываю обо всём на свете. Потрясающий конструктор!
Большой дом я выбираю сразу и без колебаний — он должен сочетаться с Малым домом, который снова станет посольством демонов и с сохранившимся родовым храмом. Кстати, стену с зеркальным переходом надо восстановить…
А вот дальше интереснее.
Я касаюсь пустыря, и мне открываются две картинки: пальмы под палящим солнцем и дерево, очень похожее на облепиху, с опята у ствола.
Хм…
Тропики плодородны, в тропиках земледельцы легко снимают по несколько урожаев в год. Но в тропиках жарко…
Я не эколог и не биолог, и уж точно я не агроном.