Торговец кивает и зовёт меня вглубь лабиринта, причём жест он делает третьей рукой, появившейся из-за спины. Наверное, таким и должен быть торговец редкостями.
Меня догоняют Гарет и Бетти. И если Бетти слишком занята кото-кролем, ей не до меня и не до рынка, то Гарет не на шутку встревожен.
— Дани?
— Прости, — извиняюсь я. — Я не права.
— Ты увидела что-то особенное? — смягчается он.
— Господин, у меня тут что ни диковинка, то особенная, — хвастливо влезает торговец и размашисто указывает на стеллажи.
Гарет спокойно кивает, а вот Бетти, забыв и о приличиях, и о фамильяре, слишком пристально косится на хвост.
Не знаю, каких сокровищ я ожидала… Скорее, я гналась за самим фактом, что между моим новым домом и потерянным существует мост, по которому можно пройти.
Вернуться на Землю затея смешная, с какой стороны ни посмотри. У меня новое тело, нет документов, и я не представляю, как их можно получить. Прийти в паспортный стол со словами: ""Здравствуйте, я с луны свалилась?"". Документы я, может, и получу.
Да, мне важно убедиться, что Земля существует, что мир с электричеством, самолётами и эскимо не плод моего воображения. Просто убедиться.
Даже если мне прямо сейчас предложат мост, документы и миллион долларов на обустройство, я… Гарета не оставлю.
"— Ваша супруга? — внезапно спрашивает торговец Гарета.
— Да.
— Смею предложить талисман на благополучное рождение ребёнка.
И снимает со стеллажа куклу-неваляшку.
— А?
Голова-шарик задорно моргает с шарика-тела. В то место, где должна быть шея, приделаны маленькие шарики, обозначающие руки. На ноги, естественно, ни намёка.
Торговец кладёт куклу на бок, и, как только убирает ладонь, кукла тотчас поднимается и, покачавшись из стороны в сторону, замирает.
— Заговоры сделаны кудесниками пангейцев, чьё исключительное искусство до сих пор остаётся для нашей Золотой Плеяды, тайной.
Гарет смотрит на неваляшку с недоумением, но абсолютно серьёзно.
— И сколько вы за неё хотите? — спрашивает он.
— Двадцать пять золотых, но вам ради госпожи уступлю за двадцать.
— Обойдёмся, — решаю я.