Обернувшись падающей звездой, он мгновенно рассек ряды наемников, разбросав тех, кому посчастливилось выжить по стенам, а тех, кто был недостаточно быстр или силен, не просто разрубил или пронзил. Нет. Каждый удар Синего Клинка, впитавшего в себя столь грозные силы, буквально развоплощал своих жертв, не оставляя даже и следа ох их тел и брони.
Но целью Хаджара стал вовсе не старик, а Аргунг. Тот взревел, бросая вызов генералу. Ледяной взгляд горца был устремлен на Хаджара, вставшего напротив. Массивный меч в руках наемника взлетел в невероятном для своей комплекции скоростном выпаде.
Артеус, осознав план генерала, тут же удвоил свои усилия. Его пальцы, молниями танцуя вдоль посоха, порождали заклинание за заклинанием, и магия волшебника хлынула в реальность, окутав каждого из членов отряда непроницаемым щитом.
Ледяной меч Аргунга со звоном отскочил в сторону и Хаджар, растворившись в потоках воздуха, одним быстрым и точным ударом снес голову горца с плеч.
И в этот же самый момент, в разгар хаоса и неразберихи, Арнин сделал свой ход. Бесплотной тенью он проскользнул между сражавшихся и если бы кто-то смог увидеть его глаза, то заметил, что те не сходят с одной единственной цели.
Резко ускорившись до той степени, что даже Хаджару стало сложно различить его движения, оборотень сделал выпад, и когти-кинжалы промелькнули сталью в воздухе, оставляя призрачные силуэты стали.
Глава 1772
— Один и тот же трюк дважды — это не интересно, — хмыкнул Старик, отбрасывая в сторону горца с растерзанным горлом, которого использовал в качестве живого щита."
"И тут же, что-то прошептав, взмахнул рукой над дергающимся в агонии наемником. Из груди последнего, превращая тело в иссушенную мумию, вырвался поток серебристого огня.
Лавиной прокатившись в коридор, он безвольными куклами разбросал сражавшихся.
Один лишь Хаджар, рассекая поток пламени клинком, остался стоять на ногах.
— Неплохо, генерал, — Старик крутанул в руках кинжалы и, растворившись во тьме, бросился вглубь коридора. — Но Правило будет моим!
— Хаджар, постой! — выкрикнул Шакх, но генерал уже исчез в потоках ветра.
Пока Хаджар и Старик мчались по казавшемуся бесконечным коридору, их поединок разворачивался смертельным танцем, как состязание воли двух мастеров своего дела.