— А что с теми, кто искусился? — перевел тему генерал.
— С отступниками? — переспросил Бадур. — По заслугам, генерал. Отвар, которым ведуны нас поят, имеет особенные свойства и те, кто впускают в себя скверну, умирают. Тихо и спокойно. Без мук. Но умирают. Север не терпит слабых духом. Телом ты можешь быть дряхлым стариком, но, если твой дух крепок — никто на тебя не посмотрит с высока. А теперь пойдем, как бы я терпеть не мог держать слово со старейшинами, но они нас ждут.
Глава 1797
Вместе с Бадуром они вошли под сени ратуши, где собрались все те же лица — старейшина, державшие слово перед жителями деревни во время “суда”.
Они сидели за столами и, смотря на карты, что-то обсуждали. Арад, как хозяин, стоял во главе.
Завидев Бадура, со скамьи поднялся Адур и, подойдя к сыну, молча его осмотрел, после чего заключил в крепкие медвежьи объятья.
— Горжусь, — тихо произнес он, после чего проводил за стол.
Хаджар остался стоять около входа в зал, следуя каким-то своим мыслям о правилах приличия и отношении гостя и хозяина. И видимо он оказался прав, так как встретил несколько одобрительных взглядов, после чего Арад, как глава, подозвал его:
— Проходите, генерал, — произнес он ровным, спокойным тоном. — Посмотрите своими глазами, послушайте своими ушами. Может вас посетят какие-то мысли.
Кроме Равара, старейшины, ка запомнил Хаджар, Черной Сосны — никто не был против.
— Смотрите, генерал, — Арад развернул карту так, чтобы Хаджару было понятны стороны света, после чего провел указкой по небольшой реке, берущей начало несколько западней того места, где появились они с Шакхом и Летей. — На этой реке стоят деревни Малой Бринки и Таргатак. Их старейшинам было отправлено слово, но они не явились на суд.
Арад замолчал. Хаджар некоторое время выждал, после чего слегка устало вздохнул.
Хаджар взял указку и начал спускаться ей по течении реки.
— Сквозь них прошли сыновья Феденрир, — произнес генерал, двигаясь все дальше.