А ради возможности узнать, что с Родгером всё в порядке, я и сотню шаров готова зажечь!
Закрыв глаза, я попыталась сконцентрироваться на собственных ощущениях. Как и советовала Лалли, вначале вспомнила прикосновения дракона и его обжигающую, штормовую мощь. Затем – лёгкое касание фейри и нежный бриз её магии…
Сделала глубокий вдох, пытаясь абстрагироваться от этих ощущений и призвать свою силу, но, видимо, она сидела слишком глубоко. Или… у меня её вообще не было. Хотя… тапочки же мне подчинялись и…
Тапочки!
Осенённая мыслью, я едва не подпрыгнула от радости и приказала тёплым носочкам вновь превратиться в тапочки.
Ну, давай, магия моя, просыпайся! Я ж всё равно не отстану!
Злость помогла сконцентрироваться, и я принялась лихорадочно переобуваться, пытаясь поймать нужную волну за хвост. И на десятых тапках меня словно ледяной водой окатило…
Магия забурлила штормовым океаном, грозясь смыть меня вместе с артефактом Танцора, и я распахнула глаза.
Наткнулась на ошарашенный взгляд Лалли, неотрывно наблюдающей за кружащим над столом лиловым шаром…
Глава 11. О пакостях и признаниях
– Развейте, быстро! – испуганно пискнула Лалли и взмахом руки наглухо зашторила окно. – Уберите, пока никто не увидел!
– Как?!
– Прикажите ему погаснуть!
– Затухни! – воскликнула, для надёжности помахав на шарик.
Но меня не послушали…
– Не так! – возмутилась фейри. – Как наколдовали, так и гасите!
Закрыв глаза, я попыталась вновь сосредоточиться на собственной магии.
– Что вы делаете?! – с суеверным ужасом воскликнула Лалли, когда остальные шары полыхнули лиловым.
Ой…
– Отзовите Дар! – фейри схватилась за голову и принялась бегать вокруг шаров, а я, не придумав ничего умнее, накрыла один из них пустой чашкой.
Не помогло… теперь над столом летало четыре огонька и светящаяся чашка.
– Этот Путь вне закона? – осторожно уточнила.
– Нет, – тихонько ответил дух, – но пока об этом лучше никому не знать. Ведь если мы не найдём стража-наставника, вас отправят обучаться за Северную границу и…
Воображение услужливо подкинуло видение, где я стою посреди ледяной мрачной цитадели, вокруг меня угрюмые и нелюдимые стражники, а из-за неведомой границы к нам прорывается орда голодных чудовищ…
Чашка со звоном рухнула на стол, а огоньки с хлопком погасли и развеялись снопом лиловых искорок.