Как будто все происходящее не касалось его лично, хотя сам попросился перевестись на новое место.
— Улыбаемся, девочки, и не нервничаем, — попросила я Авилу и Синту. — Дети не должны увидеть наше волнение. Все будет хорошо, вот увидите.
Мы встречали детей на крыльце замка. И, когда повозка остановилась, первой с нее спрыгнула мать Люсия, отказавшись от поданной Марти руки.
— Я еще не так стара и немощна, как тебе кажется, — отшутилась она. И, обернувшись к детям, проговорила: — Что притихли? Выходим, пора познакомиться с вашим новым домом.
— Рада видеть тебя, Люсия! — Я первой подошла к гостье и порывисто обняла, ответив на поцелуй в щеку. И только после этого поманила девочек: — Синту ты, конечно же, знаешь. А это Авила, моя новая подруга и незаменимая помощница по хозяйству.
Люсия бросила приветливый взгляд на драконицу и коротко поздоровалась, пожав протянутую ладонь. Настоятельница не заметила, кажется, ни розовых нечеловеческих глаз, ни ожогов на лице, но точно обратила внимание на добрую улыбку и натруженные, привыкшие к работе руки.
— Приятно познакомиться, — проговорила Авила, слегка нервничая. Однако вынужденная долгая изоляция в замке повелителя драконов не лишила ее приветливости и хороших манер. — Дарья много о вас рассказывала.
— Надеюсь, только хорошее? — улыбнулась Люсия.
— По-другому и быть не могло, — заметила я. — Лучшей кандидатки на роль настоятельницы не найти. Уверена, с тобой во главе приют святого Макия станет для детей настоящим домом.
— Спасибо, — от души поблагодарила Люсия, как будто помолодев на десяток лет от простой и заслуженной похвалы.
— Хочется в это верить, — кивнула я, прижимая ладони к вспыхнувшим щекам. — Благодарю.
Как же приятно, когда к тебе обращаются настоящим именем. Тело мое прежде принадлежало Дарине Врину, погибшей по неосторожности адептке академии Света. Бедняжка поперхнулась собственной магией, пытаясь применить заклинание высшего уровня.
В это время дети выпрыгнули из повозки и выстроились ровным рядом возле нее. Вот только долго они не выдержали. Малышка Софи, забыв обо всех правилах поведения, так долго вдалбливаемых в головы прежним настоятелем монастыря, бросилась ко мне, чуть не сшибив по дороге замешкавшуюся Авилу."
"— Даря!..